Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1, страница 96 – Жоубао Бучи Жоу

Остальные братья не трудились в лавке. Однажды, когда старшего брата не было дома, они пришли к невестке, которая сидела в теплице с цветами и делала пудру «Байде». Ворвавшись туда, они от злости сбросили на пол всю посуду и случайно опрокинули чашу с пудрой прямо на девушку. В тот миг, казалось, ее одуряющий аромат въелся даже в кости Ло Сяньсянь, так глубоко, что вовек не отмыть.

Братья окружили ее, наперебой крича что-то о женской добродетели и о том, что жены и дочери всегда будут стоять ниже родителей. Ло Сяньсянь, однако, обладала отменной стойкостью. Робкая, но упрямая, она плакала и повторяла, что не хочет уходить, а потому умоляет их придумать какой-нибудь другой способ.

Средний брат разозлился и влепил ей пощечину, выкрикнув:

— Ты, рожденная под несчастливой звездой, вот-вот угробишь нашу матушку! Думаешь, твой отец умер бы, если бы ты раньше исчезла? А твоя мать? Пропал бы без вести твой брат?

Стоило одному ударить девушку, как остальные тут же подбежали и, окружив Ло Сяньсянь, начали бить ее руками и ногами, выкрикивая:

— Убирайся! Губительница! Ты приносишь одни беды!

Младшие братья Бохуаня были с матерью заодно и давно знали о ее замыслах. Воспользовавшись отсутствием старшего брата, они общими силами выгнали Ло Сяньсянь из дома, угрожая избить ее, если осмелится вернуться. Семьи у нее нет, так что некому за нее мстить, если ее забьют до смерти.

В ту ночь был сильный снегопад. Избитую Ло Сяньсянь, всю в синяках и кровоподтеках, вышвырнули в снег, и одна из вышитых туфелек слетела с ее ноги.

Девушка медленно брела вперед, и из ее груди рвались наружу сдавленные рыдания, напоминавшие предсмертный крик детеныша дикого зверя.

Стремительно темнело. В такую снежную ночь редкие люди рискнули бы выйти из дома. Ло Сяньсянь же ползла вперед в темноте, где земля была неотличима от неба. Она не знала, куда идет, и не знала, куда бы могла отправиться.

Братья Чэнь были правы. У нее не было ни семьи, ни отца, ни брата. Некому было заступиться за нее, и не было никого, кто бы мог ее приютить.

В этом белоснежном, добродетельном и справедливом мире для нее не было места.

Ло Сяньсянь никогда не отличалась крепким здоровьем, а сейчас ее к тому же выкинули на улицу в тонкой и легкой одежде, поэтому девушка дрожала от холода. Ее ноги быстро одеревенели, и она совсем перестала их чувствовать.

Так она приползла на окраину, к храму, где поклонялись призрачной распорядительнице, и укрылась внутри от снега. Ее губы посинели от холода, но на сердце, замершем от горя, было еще холоднее.

Подняв голову, Ло Сяньсянь устремила взгляд на ярко раскрашенную статую в красных одеждах, и из глаз девушки хлынули слезы. Она припомнила, что по обычаям Нижнего царства на свадебной церемонии должен присутствовать распорядитель. На ее же свадьбе не было никого, а весь наряд состоял лишь из воткнутого в волосы красного цветка. С широкими улыбками на лицах они с Чэнь Бохуанем повернулись друг к другу и совершили земной поклон.

Может быть, тот тайный брак был лишь сном, а лицо красавицы, отразившееся в тусклом бронзовом зеркале в тот день, – мимолетным видением, порожденным силой ее сокровенного желания?

Ло Сяньсянь опустилась на колени перед статуей призрачной распорядительницы и, с трудом двигая свое замерзающее тело, трижды поклонилась ей.