Книга Общество мертвых и исключительных, страница 88 – Анви Рид

Все резко замолчали. Джосайя стучал карандашом по листу, пытаясь найти ответ на загадку. А на него тем временем смотрели три пары подозревающих его глаз.

— У меня на эту роль есть лишь один кандидат, – прищурившись, сказал Ноа.

Джосайя ударил карандашом по столу, и все трое дернулись, испугавшись, что их новый подозреваемый на них нападет.

— Тогда я начну с тебя, Эдвин, потому что твоя тупость заразна. Она, как болезнь, перекинулась на них, – он кивнул в сторону девочек, – и поразила их мозг. Мне срочно надо остановить это.

Джосайя встал и наклонился к Ноа, тот сжался и хотел сделать шаг назад, но рука мистера Кэруэла ударила его по затылку быстрее.

— Какую же херню, прости господи, вы несете. Вы правда думаете, что я убиваю своих же студентов?

Ноа потер ушибленное место и пристыженно посмотрел в глаза преподавателю. Эбель с Соль прикрыли руками головы в надежде не получить такие же подзатыльники.

— Нет, мистер Кэруэл, мы так не думаем. Простите, – наперебой забубнили они.

— То-то же. – Джосайя сел обратно на стул. – Еще одно такое высказывание, и я заберу все улики, а про вас расскажу Деборе Вуд и твоему брату Арни.

— Простите, мистер Кэруэл.

— Вас накажут и запрут в комнатах, – продолжал он. – Наверное, обидно будет профукать такое интересное дело, которое почему-то вам не дает покоя. Особенно когда я почти расшифровал последнюю подсказку.

— Почти расшифровали?! – Улыбки появились на виноватых лицах Ноа, Соль и Эбель.

Они повскакивали со своих мест и обступили профессора, заглядывая в лист с цифрами.

— На одном из занятий я рассказал вам о шифре, который легок для тех, кто прячет информацию. Но очень сложен для тех, кто хочет эту информацию перехватить. Смотрите, – мистер Кэруэл обвел карандашом знаки, – убийца четко ставит пробелы между цифрами. Так мы получаем 2–1–12 и 2–30–1; 4–4–6 и 4–31–2. Ну и так далее по списку. То есть у нас есть три неизвестных. Это уникальные цифры, которые не поддаются частотному анализу.

Ноа, Эбель и Соль покивали, будто все поняли.

— Я заметил еще несколько закономерностей. Первая, – профессор ткнул в лист, – есть цифры, которые повторяются. Вторая: есть число Х, точка и цифра 39, которая выбивается из тройки.

— Я сейчас умру от любопытства! Не тяните! – Ноа был готов сожрать свой кулак, костяшки которого уже успел покусать.

— Я хотел спросить у вас, на что похож этот шифр, но если вы так настаиваете, то…

— Это книжный шифр, – ответила быстрее него Эбель. – Три неизвестных – это страница, строка и первая буква в слове.

Джосайя мягко улыбнулся, посмотрев на студентку.

— Верно, Эбель, но, как я уже и сказал, у нас есть проблема. Этот книжный шифр – стойкий, то есть не поддается расшифровке. И знаете почему?

Ноа кивнул, хотя ни фига он не знал.

— Потому что у него нет ключевого слова. Вообще нет никакого ключа, который можно было бы перехватить. Есть только шифр и одна-единственная книга. А что за книга, мы с вами никогда не поймем, только если не спросим самого убийцу.

Соль громко цокнула, Ноа выругался, не стесняясь преподавателя, а Эбель взяла в руки лист с кучей цифр. На ее белоснежные ресницы падал свет от лампы, на лбу появились морщинки.

Она была красивой. Вздернутый нос, пухлые губы, которые она красила вишневой помадой, белоснежные волосы, голубые глаза. Неудивительно, что у Реджиса рядом с ней срывало крышу. Эбель была мечтой любого тинейджера.