Книга Пир теней, страница 107 – Анви Рид

— Ты же сам говорил, что любишь быстро. Долго и медленно — не для тебя.

Эвон улыбнулся и жадно впился в его губы, целуя в последний раз.

— Прости.

Он встал с дивана и, послав воздушный поцелуй, выбежал из дома.

На улице его ждали Соно и Юриэль, которые что-то бурно обсуждали, но, завидев травника, сразу замолчали. Эвон поправил растрепавшиеся волосы и завязал шнурок, прикрыв рубахой оголенную грудь. Юри покраснела и отвела взгляд. Соно же лишь громко цокнул и отвернулся вслед за ней.

— Осталось вывести из борделя Далию и что-то придумать для Муди.

— Далия — это рыжеволосая девушка? — спросила Юри.

— Да, и мне надо привести ее на пристань. Ей нужно в Эверок.

— Тогда и нам — тоже.

— Зачем?

Они вышли на улицу и направились к борделю, обходя толпящихся на улице людей.

— Она приведет меня к моему брату, — в голосе Юри слышалось воодушевление.

— Почему ты сама не можешь его найти?

— Когда я была маленькой, отец и брат уплыли на Схиалу торговать травами, а я осталась в Арасе одна. В итоге меня похитил клан. Так же как и Соно, и других детей.

— Незримый, это ужасно.

— Не так ужасно, как то, что происходит внутри «Или».

— И тебе приснилось, что я приведу тебя к Далии, а она тебя — к брату?

— Не совсем так, но почти.

— Это удивительно. Правда.

— Она особенная, — прошептал Соно.

Юриэль вновь покраснела и коснулась ладонями щек. Эвон вспомнил лицо Ресея, который так же мило смущался, слыша комплименты.

— Ты как-то размяк, — заметила усталость Эвона Юриэль.

— В нужных местах я очень твердый.

Они громко засмеялись, привлекая к себе внимание прохожих. Соно сразу осмотрелся по сторонам.

— Почему вы все время оглядываетесь?

— За нами погоня: нас хотят вернуть в клан господина. Думаю, за побег он нас убьет, а нам хотелось бы пожить еще немного, — ответила Юри.

— Я могу чем-то помочь?

— Нам — нет, но своему Муди скажи, чтобы нашел себе других покровителей. Он делает ужасные вещи. Не понимаю, как ты с ним работаешь.

— О чем ты, Юриэль?

— Он отдает детей луксурий клану, Эвон, а взамен получает защиту и охрану.

— Святые… — Эвон остановился.

Проходящие мимо люди толкали его, но он будто врос в землю. Ноги не слушались, мысли путались, пустившись в дикий пляс. Он и правда болван. Наивный дурак, который не видел ничего дальше своего носа, жил только для себя и своего наслаждения. А что все это время происходило вокруг? Предательство, убийства, ложь. Море лжи. Море, в котором он сейчас тонул.

— Эй, ты чего? — Юриэль коснулась плеча травника.

— Я в порядке.

Но Эвон соврал. В нем кипела злость, обжигая все внутри бурлящей кровью.

Легкий ветерок дарил прохладу и играл с лепестками георгинов, усыпавшими пол. Он кружил с ними в вальсе, завершая его реверансом на шелковой простыне. Далия в ожидании сидела на кровати, закутавшись в одеяло, и болтала ногами. В дверь постучали, отбивая знакомую только двоим мелодию, а затем в комнату вошел красивый и такой желанный Юстин. Как же она соскучилась по нему, как же была счастлива увидеть его вновь! Сон смешался с воспоминанием, над которым она не имела власти.

Далия увидела взволнованного любимого. Осматривая его лицо, она пыталась понять причину волнения, но, будто кем-то ведомая, вдруг сорвалась с места и кинулась к юноше в объятия. В нос ударил знакомый аромат мыла и кожи. Но сейчас к нему примешивался запах крови.