Онлайн книга «До встречи в книжном»
|
Звякнул дверной колокольчик, в рамах задребезжало стекло. — С дороги. Ее грубо оттолкнули. Девушка оглянулась, оторопело проводила взглядом удаляющуюся фигуру – высокую и темную, потерла ушибленное плечо. «Ну и ну», – подумала она, больше ничего не добавив. Голос грубияна был незнакомым, да и вряд ли кто из завсегдатаев магазинчика стал бы себя так вести. Она могла бы спросить о нем у лавочника, но старика почти никогда не было на месте: он скрывался в недрах своих пыльных владений так умело, будто за книжными полками можно было обнаружить целый лабиринт Минотавра. Девушка взяла новенький приключенческий роман с поблескивающими узорами, забралась на диван. Утонув среди мягких подушек и быстрых строк, вскоре она позабыла о неприятной встрече. В воскресенье он снова был здесь. На этот раз она заметила его издалека – высокого черноволосого юношу со злым лицом – и предусмотрительно стала держаться поодаль. Тот пробыл в лавке пару часов, каждую минуту не забывая обругивать перебираемые книги. Он нервно ощупывал полки, брал и отбрасывал тома обратно так, будто каждый нанес ему личное оскорбление. «Ну и ну», – подумала она. На ней были высокие черные джинсы и бежевый свитер крупной вязки. В шесть часов она собрала вещи и поторопилась выскользнуть из лавки. Но когда ее догнали торопливые шаги, она даже не удивилась, чувствуя некоторую обреченность и на эту стычку, и на очередную грубость. — Да сгинь ты. Уродина. Это было уже действительно обидно. Девушка поджала губы, нахмурилась и отступила от выхода, пропуская вперед того, кто торопится настолько сильно, что не погнушался переходом на личности. На оскорбления отвечать она умела плохо. Хватать ртом воздух и глотать обиды, пережидая жжение в груди, – это да. А отвечать – нет. Да и что тут ответишь? Так продолжалось месяц за месяцем. Девушка носила то длинные шуршащие юбки, перехваченные поясом, то бриджи и высокие, похожие на конные, сапоги. На ней свитера сменялись футболками, ажурными блузками, даже странными асимметричными вещами, которым и название-то не подберешь. Она приносила с собой чашку кофе в картонном стаканчике или брала у лавочника стеклянный чайник и заваривала что-нибудь волшебное: пахло то летним вечером, то зимним трескучим морозом, то молоком, то ягодами. Он приходил всегда в черном, всегда один и в руках ничего не приносил и не уносил. Тот юноша со злым лицом. Кроме постоянной злости, девушка обратила внимание на то, что его лицо было бледным, почти белым, мраморно-ровным. Рассмотрела твердый острый подбородок, а еще – пугающе черные глаза. На нее он глянул раз, может быть два, но этого хватило, чтобы заметить. Она вздрогнула и постаралась взглядом с ним не встречаться: мурашки пообещали в следующий раз непременно порвать колготки, если рискнет повторить. Она смотрела, как он цедил что-то неразборчивое и едва ли доброе сквозь стиснутые зубы, как ходили желваки на его челюсти, как беспардонно, без симпатии или даже уважения он мучает книги, то кидаясь к новинкам, то перебирая самые верхние полки с древностями. Сложнее всего было понять даже не причину, по которой лавочник позволяет ему здесь оставаться, а то, почему юноша вообще сюда возвращается. Удовольствия он явно не получал. «А может быть, – подумалось вдруг ей, – он приходит еще чаще меня?» |