Книга Аноним, страница 68 – Урсула Познански, Арно Штробель

Я ненадолго задумываюсь.

«Заманчиво, но, наверное, слишком рискованно?»

Он ждал ответа: новый текст появляется сразу.

«Посмотрим. Ты знаешь, в каком подразделении работает эта Нина Саломон?»

Могу ли я это знать, исходя из придуманной истории?

«Нет, извини. Но она точно полицейская — совала нам под нос удостоверение. И смотрела так, будто мы должны были упасть перед ней на колени».

Следующего сообщения приходится ждать почти пять минут.

«Она говорила, живёт одна или с кем-то?»

Лучше держаться правды.

«Сказала, что недавно переехала в Гамбург и живёт одна. Вроде есть какой-то мужчина, который за ней бегает, но ей до него нет дела. Так что мешать тебе он не должен».

Не уверена, что сформулировала разумно. Я не хочу направлять внимание Траяна на Тома, но и не должна создавать впечатление слишком трудной цели. Его вопросы явно имеют смысл: он заранее проверяет, годится ли Нина Саломон в добычу.

«Знаешь, как зовут этого мужчину?» — немедленно спрашивает он.

«Нет, извини, понятия не имею. Мне было всё равно».

Траян присылает три смайлика. Невероятно — будто мы обсуждаем погоду.

«Ты действительно хочешь, чтобы она умерла?»

Мне не по себе от необходимости ответить «да».

«Она заслужила. Злобная высокомерная дрянь».

Снова три смайлика и строка:

«Посмотрим, что удастся сделать».

Я закрываю окно. Прежнее торжество осталось, но ослабло. До следующего списка всего два дня.

Одиннадцатилетняя по-прежнему лидирует, однако отрыв сократился. Я листаю сообщения и замечаю совершенно новый тон. Бесчисленные публикации повторяют одно: не дайте ребёнку погибнуть. Участвуйте, даже если обычно никогда не голосовали; сейчас выберите кого угодно другого. Того, кто способен защищаться. Попытайтесь спасти девочку.

Число голосов, сначала гораздо меньшее, чем в предыдущем туре, вновь стремительно растёт.

Уверена, Траян в восторге.

Я взвинчен, приближаясь к кабинету Арендт. Почему меня вызвал туда звонком Майерхофер, а не начальница?

Перед дверью стоят двое мужчин в тёмных костюмах — за сто метров видно, что телохранители. Оба около тридцати, на полголовы выше меня и явно хорошо натренированы. Когда подхожу, они сдвигаются и перекрывают проход.

— Бухгольц? — спрашивает левый тоном человека, которому оскорбительно само обращение ко мне.

Я останавливаюсь в метре и жду две-три секунды, пока не убеждаюсь, что способен говорить не повышая голоса.

— Нет, для вас я главный комиссар уголовной полиции Даниэль Бухгольц. И сейчас вижу двух посторонних, которые в моём управлении перекрывают дверь к начальнице. Поэтому вопрос такой: кто вы? Советую ответить немедленно, прежде чем я вызову коллег и задержу вас до установления личности. Итак?

Они быстро переглядываются. Рот второго кривится в улыбке.

— Мы коллеги. Охраняем господина министра. Входите, вас ждут.

Охрана господина министра? В кабинете, помимо Арендт и Майерхофера, находятся сенатор внутренних дел Гамбурга доктор Клинге и мужчина лет шестидесяти, которого я лишь со второго взгляда узнаю как федерального министра внутренних дел. Костюм точно сшит на заказ и подчёркивает властность владельца.

Что дело поднялось на самый высокий уровень, было ясно. Но я не ожидал, что федеральный министр лично приедет в управление.

— Наконец-то. — Арендт встаёт. — Думаю, гостей представлять не нужно.