Книга Ищи дурака, страница 64 – Харлан Кобен

— Я помню.

— Когда ее нашли, Херст заявила – и до сих пор это утверждает, – что ей промыли мозги и удерживали в плену против ее воли, попутно насилуя. Но ее все равно признали виновной. Так что всей правды не знает никто. Возможно, что-то в том же роде случилось и с Анной… я имею в виду, с Викторией… а может, и нет. Ее могли заставлять этим заниматься. Она принимала наркотики в больших количествах. Ты сам мне говорил. Дилер, тот, который посоветовал тебе бежать, вполне мог быть ее похитителем. Или работать на похитителей. Они могли выкрасть девчонку, переправить ее в Испанию и подсадить на наркотики.

Я киваю. Такая возможность уже приходила мне в голову, но я не смог заставить себя в нее поверить. Да, мы принимали наркотики. Да, к той дряни, которую мы, ну или по крайней мере я, приняли в ту последнюю ночь, скорее всего, было подмешано какое-нибудь более сильнодействующее вещество. Но у Анны не было ни ломок, ни следов уколов, ничего такого. Я бы заметил, будь у нее зависимость от какого-то наркотика, которая влияла бы на ее поведение.

Ведь заметил бы?

Лучшим другом Анны, единственным ее другом был тогда наш дилер, парень из Нидерландов, которого все звали Базз. Я пришел к выводу, что дружба с Баззом помогала Анне зарабатывать на жизнь. Что она продавала для него наркотики или еще что-нибудь в этом духе. Я не слишком-то о таком задумывался. Я наслаждался каникулами. Все происходящее было для меня новым и волнующим опытом. Я получал удовольствие. Выходит, следовало включить голову?

Именно Базз услышал тогда мой крик и ворвался в комнату.

«О господи, что ты натворил?»

Папа кладет руку мне на локоть:

— Все в порядке, Сами.

Я с трудом заставляю себя кивнуть.

«Если ее тело найдут, нас обоих посадят…»

— Ты рассказал Молли? – спрашивает папа.

— Кое-что.

— Когда?

— Вчера. Не хотел ей врать.

Папа кивает.

— И что она сказала?

— Она упомянула Теда Грейсона.

Отец сводит брови на переносице:

— С чего вдруг?

— Она считает, что это не может быть совпадением. Появление Анны. Освобождение Теда Грейсона.

Папа лихорадочно соображает, и я вижу отражение моих собственных эмоций на его лице.

— Не понимаю, какая тут может быть связь.

— Вот и я так ей сказал.

— Но это не значит, что связи нет, – продолжает он. – Может, нам провести небольшое расследование?

— Расследование?

— Где был Тед Грейсон в то время, когда ты находился в Испании? Не могла его жизнь каким-то образом пересечься с жизнью Виктории Белмонд?

Я строю гримаску:

— Он что, похитил Викторию за много лет до того, как наши жизненные пути пересеклись, затащил ее в Испанию, а потом начал встречаться с женщиной, которой я в итоге сделал предложение, и тогда он убил ее, продолжая удерживать Викторию Белмонд в плену еще восемь или девять лет?

Отец откидывается на спинку стула. В руке у него «олд-фэшен»^[6], отец всегда его берет. Он медленно делает глоток.

— У меня есть другой совет.

— И какой же?

— Примерно такой же, какой я дал тебе тогда.

— Ты посоветовал мне забыть это все как страшный сон и жить дальше.

Папа улыбается. Как и у вашего покорного слуги, у него обаятельная улыбка.

— Вот именно.

Я не хочу говорить ему, что думаю, потому что вряд ли папа будет счастлив это услышать. К тому же я терпеть не могу, когда взрослые люди винят в своих проблемах родителей. Но правда заключается в том, что я тогда последовал его совету. Попытался жить дальше. Попытался забыть все, что произошло в Испании, как страшный сон. А что нужно делать, чтобы забыть? В моем случае – и я совершенно уверен, что я не один такой, – я прибегнул к помощи одного широко известного психоактивного вещества. Опять-таки я вовсе не собираюсь винить отца в том, что начал пить. Но не будет, наверное, таким уж большим грехом сказать, что события той знойной ночи в Коста-дель-Соль сыграли в этом определенную роль?