Книга Энигма, страница 33 – РуНикс

Как интересно.

Когда-нибудь это может пригодиться.

Танец закончился, и девушка почти бегом вернулась к подругам, которые смотрели на нее с легким удивлением, и все захлопали.

Каз наблюдал, как Барон обуздал эмоции, а затем снова сосредоточился на студентах. Лицо Дерека сияло триумфом, когда он повернулся к следующей и последней оставшейся девушке.

— Спасибо, но я не играю, – донесся до Каза ее тихий ответ. Если бы голоса умели влиять на температуру, всех присутствующих уже бросило бы в дрожь. В тоне Салем не было ни капли тепла. Он напоминал ему труп, рядом с которым они встретились, – ледяной, недвижимый, неприветливый.

Потусторонний.

Проклятье, сделать бы сейчас набросок.

Толпа улюлюкала и подначивала ее. Но именно подруга, танцующая фея, прошептала что-то на ухо Салем, заставив ее выдохнуть. Девушка кивнула, и змеи на ее голове затанцевали, когда она вытянула последний листок.

Она прочитала выведенные на нем слова и холодно взглянула на Дерека.

— Нет.

Он улыбнулся, будто только этого и ждал, а она угодила прямо в его ловушку.

Каз мысленно подсчитал, сколько брызг крови может закрасить половину холста.

Это нелепо. Он не знал эту девушку, он не должен испытывать те чувства, что переполняли его. Но Салем вернула жизнь в его мертвое творчество, стала вдохновением под его пальцами, ее холодность все сильнее разжигала его внутреннее пламя.

— В таком случае, – Дерек ухмыльнулся, – поцелуй парня с пирсингом в ухе. Любого, кроме первокурсников.

Только сам Дерек подходил под заданные им параметры. Он знал, что делает.

Но он не ведал мыслей Салем.

Она даже не огляделась по сторонам, ни на миг не засомневалась.

Ее взгляд метнулся прямо к Казу, сразив его, подобно молнии, буквально парализовав. В его сознании вспыхнул ее образ на гигантском холсте: ожившая ледяная богиня с глазами из расплавленного золота, с шевелящимися змеями вместо волос, способная одним взглядом обращать мужчин в беспомощных идиотов.

Эрик снова присвистнул, а Барон выругался. Улыбка окончательно сошла с лица Дерека, когда Салем обошла костер и направилась прямо к нему, надвигаясь, точно шторм в океане, готовый утащить Каза под воду, невзирая на его волю.

Она бесцеремонно вторглась в его личное пространство, и тогда он осознал, насколько Салем миниатюрна: макушка ее головы едва достигала линии его подбородка. Когда она запрокинула голову, ее волосы почти коснулись его груди. Ему пришлось сжать руку в кулак, чтобы сдержать желание прикоснуться к ее кудрям, пальцы дрожали от потребности ощутить их мягкость.

Но Каз не двигался.

Яркий золотистый оттенок глаз Салем, которого он никогда прежде не видел, но который ему захотелось повторить на холсте, захватил его в плен.

Не успел Каз опомниться, как она приподнялась на носочках и чмокнула его в ничего не подозревающие губы. Мгновение мягкости, фруктовый привкус, легкое покалывание – и все исчезло.

Они так и не сомкнули веки, пока он облизывал губы, ловя оставшийся ягодный привкус, а она опускалась на пятки.

— Это не поцелуй! – возмутился кто-то издалека.

Салем не проронила ни слова, однако ее взгляд давал ледяную клятву, лишь воодушевлявшую, распалявшую, заражавшую Каза еще сильнее.

Она играла в игры, правил которых не ведала, с игроками, которых не видела, и совершая ходы наугад. Сперва фотография на пляже, теперь поцелуй.