Книга Готикана, страница 145 – РуНикс

— Ты уже должна была догадаться, что мои побуждения никогда не бывают всецело бескорыстными. Я эгоистичен и хочу, чтобы всякий, кто на тебя взглянет, знал, что ты принадлежишь настоящему эгоисту.

Корвина сморгнула слезы и посмотрела на кольцо.

Оно было инкрустировано изысканным, превосходным аметистом каплевидной формы. Корвина поняла это по тому, как камень преломлял лунный свет. Камень цвета ее глаз был оправлен серебром в цвет глаз Вада. Кольцо символизировало их обоих.

— Спасибо, – прошептала она, глядя ему в глаза.

Он поцеловал ее коленку.

— Там есть надпись.

Корвина повернула кольцо.

«Я не позволю тебе отправиться в неизвестность в одиночестве».

— «Дракула», – выдохнула она, узнав цитату из книги, которую они изучали.

Корвина молча протянула ему руку, и Вад надел кольцо ей на палец, заплетя тем самым еще один узел на связывающих их узах, делая их сильнее и устойчивее к испытаниям временем.

Вад выпрямился, и Корвина обхватила его лицо ладонями, выражая взглядом всю любовь, что была в ее сердце, и всеми фибрами души благодаря вселенную за этого мужчину.

— Ты – гора, на которой я шаг за шагом возвожу свой замок, – прошептала она ему, и у нее защипало глаза. – Ты стоишь – и я возношусь. Ты надломишься – и я рухну.

Он приник к ее губам, целуя ее со свирепостью, которую она никогда не смогла бы, да и не хотела укротить. Она целовала его в ответ среди руин, которые стали свидетелями неописуемых зверств. Девушка с душой луны – запятнанной, померкшей, эфемерной, – наконец-то встретила мужчину с душой ночи, дабы сиять вместе с ним.

Корвина

В ад хотел взять ее прямо там, на руинах, но, узнав обо всем, что там произошло, Корвина была не в восторге от этой затеи. Потому он отвел ее обратно в замок, в Хранилище, запер дверь, а потом снова и снова утолял их обоюдное желание, пока прямо над ними проходил эротический бал-маскарад.

— Мы всегда будем прятаться? – спросила Корвина, улегшись на него на диване, на котором они устроились, бросив одежду на подлокотники кресел с львиными головами.

Вад играючи перебирал ее пальцы, то и дело гладя кончиками новое кольцо и любуясь им на ней, как одержимый.

— Если сегодня ночью ничего не случится, – прямо сказал он несколько минут спустя, – то для этого не останется никаких причин. Я открыто заявлю о своем членстве в совете. Разумеется, после этого я уже не буду вести у тебя занятия. Но ради нас обойду правила.

— Надеюсь, сегодня ничего не случится, – тихо сказала она, глядя в потухший камин и слушая размеренное биение сердца Вада, пока он гладил ее обнаженную спину, бессознательно останавливая движения, чтобы отстучать пальцами ритм какой-то мелодии.

И хотя дурное предчувствие все еще не покинуло ее до конца, Корвина ничего не слышала и не видела с тех пор, как они нашли тело в хижине.

— Аякс уже нашел что-нибудь? – Она опустила подбородок Ваду на грудь. – Есть новости?

— Если и есть, то мне он не рассказывает, – продолжил он, лаская ее спину. – Я подозреваемый в его расследовании.

Ее охватило негодование.

— Ты этого не делал.

Он приподнял уголок губ.

— Нет, не делал. – Вад серьезно посмотрел ей в глаза. – Но никогда не сомневайся, что я на это способен, Корвина. – Он смахнул прядь волос с ее лица. – Если кто-то тронет хоть волосок на твоей голове, я обойдусь с ним гораздо хуже безо всяких сожалений. И я достаточно умен и богат, чтобы меня никогда не поймали.