Книга Хищник, страница 50 – РуНикс

Ее тело чуть не затряслось от ярости, но она сумела сдержаться. С поводка? Она, черт подери, не собака. И явно не его клятая дочь.

«Когда дело дойдет до смерти, ты моя».

Когда ей вспомнились слова, сказанные несколько минут назад, шестеренки в ее голове начали усиленно работать. Она сделала глубокий вдох.

— Отправляй своих людей за мной на свой страх и риск, отец, – холодно бросила она. – Если кто-то из них тронет меня хоть пальцем, я буду стрелять.

Отец помолчал, прежде чем произнести:

— Они будут стрелять в ответ.

Морана вспомнила глаза мужчины, который заявил о своем праве убить ее. Никто другой ее не убьет. Она знала, что он говорил всерьез.

Морана пожала плечами.

— Значит, они умрут.

Прежде чем отец успел сказать еще хоть слово, Морана вышла из его кабинета и направилась в свое крыло, ускорив шаг, едва оказалась одна. Она поспешила в свою комнату, а добежав до нее, заперла дверь. Раздевшись и умывшись, она достала флешку из сумочки и положила ее на прикроватную тумбочку. А потом забралась на мягкие коричневые простыни в усталости и оцепенении, устроилась на подушках и со вздохом посмотрела в окно.

Не в первый раз в жизни она осознала, насколько же в действительности одинока.

Ее отцу нужна была марионетка, которой можно управлять и выставлять напоказ по своей прихоти. Морана знала, что он говорил всерьез насчет брака. И знала, что она никогда не выйдет замуж за такого человека. Порой она задавалась вопросом, как было бы лучше: познать любовь отца, пока он не стал черствым, оставив ей лишь несколько детских воспоминаний, или знать одно только его равнодушие, которое всегда витало между ними.

Морана помнила, как в детстве ей пренебрегали снова и снова, помнила, как рано дала себе обещание, что больше никому не позволит себя обижать, помнила, как быстро сама стала черствой. Ее воспитывала сменяющаяся вереница нянечек, женщин, которые никогда не задерживались с ней достаточно долго, чтобы она успела к ним привязаться. А к подростковому возрасту Морана уже твердо знала, что никогда ни с кем не сблизится, только не в этой тюрьме, не в этом мире. Поэтому Морана увлеклась компьютерами и вкладывала в них свою душу. Учеба в колледже стала битвой, в которой ей удалось одержать победу только потому, что она сумела доказать отцу, как выгодно будет иметь на своей стороне такой ценный ресурс, как она. В конце концов он дал добро, но каждый день за ней по пятам ходила охрана, ограничивая контакты с людьми. А потом она встретила Джексона.

Ублюдка Джексона, который привел ее к ублюдку Тристану Кейну.

Морана шумно выдохнула и зажмурилась. Она его не понимала. Честно говоря, и не хотела понимать, но, поскольку он постоянно к ней заявлялся, поскольку ей в любом случае приходилось иметь с ним дело, она предпочла бы знать, с кем столкнулась, а не пребывать в неведении.

А с Тристаном Кейном она, казалось, всегда пребывала в неведении. Он нес абсолютную чушь, заявляя о своем праве ее убить, будто она была призовой газелью на охоте, и искренне ее ненавидел. Но он угрожал ей слишком часто, чтобы она верила его угрозам. И даже если он в самом деле намеревался ее убить, то Морану это мало беспокоило, потому что она и так жила под одной крышей с человеком, который мог убить ее в любую секунду, даже не моргнув глазом.