Книга Хищник, страница 69 – РуНикс

И не почувствовала ничего, кроме усиливающегося дурного предчувствия.

Она уедет. Морана пообещала себе: как только коды будут найдены, она сбежит и исчезнет, сменит имя и устроит свою жизнь так, как захочет сама. Она уедет куда-нибудь далеко-далеко, тут же заведет себе друзей, будет знакомиться с мужчинами, веселиться и жить без ежедневно нависающей над головой угрозы смерти.

Как только коды будут уничтожены, она оставит все в прошлом.

Ощутив прилив сил от принятого решения, Морана направилась в свое крыло, собираясь пойти к себе в комнату. Люди ее отца следили за ней взглядом, как вдруг Морана увидела и его самого, сидящего в беседке в компании двух пожилых ворчливых мужчин, с которыми он обсуждал дела.

Увидев, как она вошла, отец велел ей подойти, поманив пальцами – жестом, который безгранично ее раздражал. Морана сама с удовольствием показала бы ему кое-какой палец и помчалась в свои апартаменты, но отец был с посторонними, и она знала, что подобное неповиновение, особенно после вчерашней ночи, может здорово вывести его из себя.

А потому стиснула зубы уже в который раз за последние пару минут и подошла к большому навесу из листьев, в тени которого они сидели.

Отец посмотрел на нее бесстрастным взглядом, в его глазах не было ни тени эмоций.

— Сегодня вечером мы ужинаем в «Кримзон». Оденься соответствующе.

Морана кивнула и стала ждать, когда он скажет что-то еще. Отец вскинул брови и велел ей идти очередным взмахом пальцев.

Сжав руки в кулаки, Морана развернулась, пошла к себе и плотно закрыла за собой дверь.

А потом села на кровать.

И задумалась.

Что-то не так. Она ожидала, что отец разозлится или даже будет насмехаться. Ожидала, что он будет равнодушен, как и всегда. Но это… больше походило на манипуляцию. Его спокойствие после того, как она провела ночь вне дома, вызывало тревогу. Это было нехорошее спокойствие. И отчего ее желудок сводило, и отнюдь не приятным образом. Совсем не теми приятными ощущениями, которые ей нравились.

«Твоя независимость – иллюзия, которую я позволил тебе питать».

Сделав глубокий вдох, Морана встала и пошла в ванную, а спазмы в животе с каждым шагом становились все сильнее.

* * *

«Кримзон»

Ее губы были алыми. Кровь, бегущая по ее венам, была алой. Кровь, которую она хотела увидеть текущей из носа этого мужчины, оказалась бы алой.

Морана, стиснув челюсти, сидела в ресторане за столиком в углу зала, который всегда резервировали для ее отца. Она была одета по случаю: в черное платье без рукавов с открытой спиной и расклешенным от талии подолом. Единственной примечательной его деталью являлся простой разрез на боку. За столом сидели еще четверо мужчин, не считая ее отца.

Он за весь день не сказал ей ни слова, и, хотя в этом не было ничего необычного, после устроенной Мораной выходки казалось из ряда вон выходящим. Сегодня был необычный день. Обычно она приезжала на ужин на своей машине. Но сегодня отец велел ей сесть в его автомобиль. Морана уже приготовилась возразить, но он взглядом заставил ее замолчать.

— Важно, чтобы мы приехали вместе, – сказал он.

Морана прикусила язык и села в машину.

А теперь, сидя за столиком, поняла, почему отец хотел, чтобы они приехали вместе. Это был не простой ужин. Это был унизительный ужин.