Книга Хищник, страница 82 – РуНикс

Ни на кого не глядя, она села на свое место, поджала губы и крепко стиснула бедра, чтобы сдержать пульсацию. Почувствовала, что отец наблюдает за ней, и посмотрела на него, взглядом бросая ему вызов. Сидящий рядом с ней извращенец сердито уставился на нее.

Телефон завибрировал.

Она разорвала зрительный контакт и посмотрела на экран.

Тристан Кейн: И сколько же зарубок на столбике твоей кровати?

У Мораны чуть не отпала челюсть от его наглости. Да как он посмел?

Она быстро напечатала ответ, а воспоминания – о трении, о жаре, об удовольствии – все сильнее распаляли ее злость.

Я: Все, что тебе нужно знать об этом столбике, предельно просто.

Тристан Кейн: И что же это?

Я: Ты отметишься на нем только раз. Что было, то прошло.

Морана ждала его ответа. Он не последовал.

Она ощущала его взгляд на спине, затылок покалывало, и чувство дежавю настигло ее так резко, как сошедший с рельс товарняк.

Именно в такой же ситуации она была почти час назад. Точно в такой же. То же место, те же люди, те же разговоры.

Вот только она изменилась.

Она не хотела этого признавать, но изменилась. За минувший час в ней навсегда произошло одно крошечное изменение, как только она признала свое желание, заперла дверь и раздвинула перед ним ноги. Морана не хотела признавать, но это случилось. И она скорее умрет, чем позволит кому-то еще узнать об этом. А тем более ему.

Наконец собравшиеся начали расходиться. Гости вставали из-за стола и шли к выходу, пожимая руку ее отцу. Морана тоже встала, выпрямившись на каблуках во весь рост и не обращая внимания на боль в животе и в местечке ниже него. В одной руке она держала клатч и телефон, вторую опустила вдоль бедра.

Извращенец повернулся к ней и, пока она не успела опомниться, взял ее свободную руку и поднес к губам. По коже побежали мурашки, даже сильнее, чем раньше, когда он пытался схватить Морану за бедро. Он всего лишь коснулся губами тыльной стороны ее ладони. Этот жест повторяло бессчетное количество мужчин в конце бессчетного количества ужинов, и, хотя всегда вызывал у нее отвращение, в этот раз оно ощущалось сильнее.

Морана чувствовала, как Тристан Кейн не спускает глаз с ее обнаженной спины. Мужчина, который трахнул ее несколько минут назад, мужчина, которого она ненавидела, стоял в паре метров от нее, пока этот извращенец целовал ей руку. Взгляд Тристана Кейна обжигал ее спину, ее шею.

«В следующий раз сломай ему руку».

Взгляд его стал более напряженным. Морана попыталась вырвать руку. Мужчина не отпускал.

Отец оглядывал зал ресторана. Пристальный взгляд был все так же прикован к ее спине. Он что, пытался развязать войну? Ему следует отвернуться!

Весь ресторан был на взводе, все насторожились, держа руки над оружием. Напряжение нарастало все больше и больше, пока люди отца шли к главному выходу.

Извращенец наконец отпустил ее. Морана схватила салфетку со стола и вытерла руки, откровенно оскорбляя и его, и своего отца.

— Надеюсь, мы скоро встретимся снова, – сказал ей мужчина.

— Разумеется, если хочешь заработать еще одно растяжение и пару сломанных костей, – ответила Морана достаточно громко, чтобы люди вокруг напряглись.

Его взгляд задержался на ней. Ее тело трясло.

Морана направилась к двери вместе с остальными, намеренно отводя взгляд от столика в углу, откуда по-прежнему ощущала на себе его обжигающий взор, которым он наблюдал за ней, словно пантера за ланью – неподвижно, тихо, выжидающе.