Книга Кровавые деньги, страница 42 – Фергюс Хьюм

Он посмотрел на Сильвера так угрожающе, что тот поморщился.

— Ни на какие рычаги я не намекаю, – мягко заметил секретарь. – Я привязан к вам и благодарностью, и личными интересами.

— Ага. Последнее уже лучше. Хорошо, что мы оба это понимаем. Если ты… – Речь Пайна оборвал резкий приступ кашля, и Сильвер с улыбкой на тонких губах посмотрел на его гримасы.

— Вы убьете себя, если будете жить в этой сырой колониальной палатке, – заметил он. – Вот, выпейте воды.

Пайн послушался, вытер рот рукавом своей грубой кофты.

— Ты горгио, – сказал он вяло, заметно ослабев от приступа, – и не поймешь, как рожденный и выросший цыганом тоскует по запаху дыма, по широким просторам и стуку копыт норовистого скакуна. Но я позвал тебя не затем, чтобы обсуждать цыганскую жизнь, – мне надо дать тебе указания.

— Насчет леди Агнес? – спросил секретарь, и глаза его заблестели.

— Их я тебе уже давал, хотя жене я доверяю и особой нужды просить тебя присматривать за ней не было.

— Совершенно верно. Леди Агнес чрезвычайно осмотрительна.

— Она счастлива?

Сильвер пожал плечами.

— Насколько может быть счастлива женщина, которая замужем за одним мужчиной, а любит другого.

Он ожидал от своего работодателя вспышки гнева, но ее не последовало. Напротив, Пайн огорченно вздохнул.

— Бедняжка. Я поступил несправедливо, сделав ее своей женой. Она была бы счастливее с Ламбертом, при всей его бедности.

— Возможно! Ей не свойственно разбазаривать деньги, в отличие от других женщин. Кстати, раз уж вы здесь – вам известно, что Ламберт остановился в хижине в Аббатском лесу?

— Да, известно. И что с того? – резко спросил миллионер.

— Ничего, просто я подумал, вам это интересно. Вы ведь приехали, чтобы узнать, не…

— Вовсе нет. Следить за тем, чтобы моя жена и Ламберт не встречались, я могу доверить тебе, самому шпионить за ними мне незачем.

— Если вы так сильно любите жену и доверяете ей, зачем просить шпионить за ней меня? – сказал Сильвер, чуть усмехнувшись.

— Она женщина, а мы, цыгане, впитали в себя много восточного и не доверяем даже самым честным из женщин. Ламберт в поместье не появлялся?

— Нет. И это плохой знак. Значит, он может не сдержаться, когда она рядом.

— Я задушу тебя, как крысу, если будешь так говорить о моей жене. Твои мысли мне не интересны. Придержи язык, и давай ближе к делу. Я позвал тебя, чтобы дать указания.

Сильвера эта вспышка немного испугала – он был достаточно хитер и знал, что можно себе позволить, а что нельзя.

— Я вас слушаю, – угрюмо заметил он.

— Гарвингтон, как я и полагал, приказал нам убраться со своей земли. Но на самом деле этот лес принадлежит мне, это мой залог, я выкупил закладные и не хочу, чтобы он распоряжался им, как своей собственностью. Вот, – он протянул письмо, – я написал это на своей фирменной бумаге, и там написано примерно вот что: мне стало известно, что цыгане стоят в этом лесу табором, и я хочу, чтобы они здесь остались. Гарвингтон не должен их выгонять ни под каким видом. Все ясно?

— Да. – Сильвер кивнул и сунул листок в нагрудный карман, быстро проглядев его содержание, совпадавшее со словами босса. – А если Гарвингтон спросит, откуда у вас такой интерес к цыганам, что мне сказать?

— Ничего. Просто делай, что я тебе велю.

— Гарвингтон может заподозрить, что вы цыган.