Книга Черный автобус. Мистика Ленинграда, страница 82 – Сергей Седов

— Не, – ответил Лешка, – мы тут посидим. Я специально вторую рацию достал, если что – вызывай.

— Хорошо, – сухо ответил Миша, отправившись наворачивать круги вокруг детского садика, убрав рацию под пальто.

«Вот ведь блин! – подумал он. – А я думал, она присоединится. Это было бы верным знаком. – Из-за подобных размышлений Миша начал тревожиться и нервничать все больше. – Хватит, – сказал он себе, – нужно перестать об этом думать. А то сам веду себя как влюбленная девчонка. У меня есть цель – выследить автобус. Вот было бы здорово, если бы я помог милиционерам его поймать! Может быть, мне бы даже медаль вручили. И объявили бы перед всеми. Перед всей школой. А может, и в газетах бы напечатали: мол, пионер Разумов помог милиции поймать злобную банду на черном автобусе, которая многие годы терроризировала город. Вот это да… – Миша мечтательно расплылся в улыбке. – Вот тогда посмотрел бы я на них всех. Ну а Маша, самой собой, призналась бы мне в любви и попросила бы пойти с ней на танцы. А я бы не отказался, мне ведь не жалко…»

Рация зашипела чуть сильнее. Миша насторожился. Внимательно вслушиваясь в звуки, он замер на месте. Треск, гул и завывания. Миша посмотрел на часы: семь часов сорок пять минут. Достав рацию, Миша покрутился с ней на месте, пытаясь поймать сигнал, но так ничего и не услышал. Вернувшись назад к друзьям, он выключил рацию и отдал ее Лешке.

— Ты слышал странные звуки, словно гул какой-то? – спросил Миша.

Леша отрицательно покачал головой. Миша устало вздохнул и опустил голову.

— Может, тогда по домам? – спросил Дима. – Охота сегодня не удалась ни на зайцев, ни на призрачный автобус, а еще математику сделать надо.

— Да, уже поздно, – согласилась Таня, – но вы все равно нас проводите, ведь правда же?

— Проводим, – с улыбкой ответил Дима.

Мише почему-то резко захотелось остаться одному. Захотелось быть упорным и одиноким исследователем, совсем как те герои из детективных рассказов, которые он читал в журналах. Замявшись на месте, он начал быстро придумывать повод, чтобы задержаться:

— Не могу… мне нужно… уместить все это в голове…

— Да брось ты страдать этой фигней, – ответил ему Лешка, – лучше идем все вместе.

— Нет, вы идите. Я хочу перерисовать всю эту схему к себе в блокнот, – уверенно сказал Миша.

— Да ты спятил! – закатив глаза, воскликнул Лешка.

— Нет, правда, идите, – настойчиво продолжил Миша. – Я же здесь живу, мне из двора выйти и дорогу перейти, а вам еще топать.

— Ладно, ты как знаешь, – сказал Дима, – а мне точно надо уже домой.

— Ну ладно, – удрученно согласился Лешка.

Попрощавшись со своим другом, компания отправилась к выходу со двора. А Миша, взглянув им вслед, склонился над своим рюкзаком в поисках блокнота. Достав из портфеля блокнот с карандашом, он принялся перерисовать схему, изображенную на асфальте. В темноте он неоднократно склонялся над рисунками, вставал то слева, то справа от них, чтобы не загораживать свет из окон домов. Наконец, закончив кое-как перерисовывать схему, он уселся на качели и тяжело вздохнул. Просидев так еще минут двадцать, он вдруг вспомнил, что ему тоже неплохо бы справиться с домашним заданием, и, подхватив рюкзак со сменкой, уныло двинулся в сторону дома. Ближайшая из арок выходила на Шестую линию, и Миша решил двинуться к ней. Погрузившись в кромешную тьму арки, он устало зашаркал ботинками по асфальту в сторону выхода, и эхо его шагов гулом отозвалось от каменных сводов с осыпавшейся штукатуркой.