Книга Вождь орков. Уплата долга, страница 39 – Тина Шеху

— Ммм… романтично. Ты стал настоящим поэтом, мой вождь.

— Я стал тем, кого ты сделала из меня. И собой остался, — он теснее притягивает меня к себе, его дыхание обжигает кожу. — И я люблю тебя, Аврора. Даже если это слово всё ещё звучит для меня странно.

Он целует меня, и в этом поцелуе чувствуются годы боли и счастья, тысячи битв и мирных ночей, обещание вечности и жар настоящей страсти. Он целует меня так, чтоб я забываю о разговорах о поэтах и орочьей романтике.

— Я тоже люблю тебя, — шепчу я, когда мы нехотя отрываемся друг от друга. — И я хочу, чтобы ты знал, никто не сможет отнять у нас то, что мы создали. Ни Империю, ни сына, ни любовь.

Ошнар подхватывает меня на руки и несет в спальню. Мой сильный, мой крепкий, мой ненасытный.

— Тогда сегодня я покажу тебе, как сильно я люблю тебя. Без слов. Без стихов. Только по-орочьи, яростно и до конца.

— Да? — усмехаюсь, но смешок теряется в мускулистой шее. Я прикусываю зелёную кожу и тут же зализываю след от зубов.

— Сомневаешься, самка?

— Боги всемогущие! — и тут я уже в голос посмеиваюсь, пока муж укладывает меня на кровать, тут же накрывая своим телом. — Покажи, что ты сделаешь со своей самкой.

Второго приглашения Ошнару не нужно. У него уже и так идёт пар из ноздрей, ушей и... того, что ниже.

Мы не раздевается полностью, на это нет сил и терпения. Я раздвигаю ноги, и Ошнар привычным резким движением бёдер входит в меня целиком.

— Приятно, — едва выговариваю от наслаждения.

Обожаю его страсть и безумие.

— Приятно, — Ошнар кладёт широкую ладонь на мой живот и прикасается большим пальцем к лобку.

Я закрываю глаза от блаженства. Вот оно, настоящее счастье.

Наш сын спит в соседней комнате, наши народы живут в мире, а наша любовь настолько сильна, что может изменить сам мир. И это только начало.