Книга Ботанический сад в чашке, страница 18 – Лина Ровак

— Японский виски, — простонала она, накрывая лицо подушкой — Ты меня обманул. Ты притворялся мягким и цветочным, а на деле...

Она приоткрыла один глаз и посмотрела на часы. Десять сорок семь.

— Черт!

Арина подскочила на кровати так резко, что барабанщик в виске обиженно забарабанил громче. Она проспала. Она проспала свой завтрак с Дэном. Свой первый нормальный завтрак с мужчиной за... она даже не помнила, за сколько. Кажется, последний раз она завтракала с мужчиной еще при царе Горохе. Или при Глебе, что примерно одно и то же.

Телефон показывал три пропущенных звонка от Дэна и одно сообщение: «Флорист, круассаны стынут. Я начинаю подозревать, что вы меня избегаете. Или виски оказался сильнее вас. Ставлю на второй вариант. Жду до одиннадцати, потом начинаю есть круассаны в одиночестве и плакать».

Арина застонала. Потом заметалась по квартире. Душ за две минуты. Зубы за минуту. Джинсы и первая попавшаяся футболка. Волосы в пучок, тот самый, с торчащим из него секатором. Она даже не стала краситься, Дэн видел ее и в худшем состоянии. Например, когда она пыталась нарисовать на кофе то самое «абстрактное сердечко».

В «Хмель Солод» она влетела ровно в десять пятьдесят восемь, запыхавшаяся и взлохмаченная. Дэн стоял за барной стойкой и демонстративно медленно, с траурным выражением лица, жевал круассан.

— Я думал, вы умерли, — сказал он, не переставая жевать — Или сбежали. Или умерли, а потом сбежали. В виде призрака.

— Виски, — выдохнула Арина, падая на барный стул — Это был не виски. Это был портал в ад. Вкусный, но портал.

— Я же говорил — японский. Двенадцать лет выдержки. Он требует уважения. И закуски. А вы пили его на голодный желудок после сумасшедшего дня. Кстати, — он подвинул к ней чашку с эспрессо и тарелку с круассанами — ваше лекарство. Кофе сварен ровно двадцать семь секунд. Круассаны испечены лично мной в шесть утра. Да, я встал в пять, чтобы успеть к десяти. А вы...

— Я чудовище, — согласилась Арина, делая глоток. Кофе был идеален. Горячий, бархатный, с нотками шоколада. Жизнь начала медленно возвращаться в тело — Простите меня. Я правда хотела прийти вовремя.

— Я знаю, — Дэн перестал изображать обиженного и улыбнулся — Я не злюсь. Честно. Я успел подготовить бар к открытию, испечь круассаны и даже поговорить с Мариной. Она звонила в семь утра.

— В семь утра?! В день свадьбы?!

— Она хотела убедиться, что я не забыл про бабочку.

— Какую бабочку?

Дэн тяжело вздохнул и потер переносицу.

— Бабочку для букета невесты. Живую. Понимаете, у Марины есть идея фикс. Она хочет, чтобы на свадьбе была живая бабочка. Которая сядет на букет. Для фото. Символ легкости, новой жизни и всего такого. Она заказала ее в каком-то специальном питомнике, но сегодня утром выяснилось, что питомник перепутал даты, и бабочку привезут только завтра.

— Катастрофа, — кивнула Арина, вспоминая вчерашний «пожар» с букетом.

— Это еще не все, — Дэн помрачнел — Марина попросила меня найти бабочку. Живую. Бабочку. Где я ей найду бабочку?! Я бармен!

Арина задумалась. В ее голове, несмотря на похмелье, начали складываться какие-то схемы. Бабочки. Цветы. Питомники. И вдруг щелчок.

— Гриша, — сказала она.

— Кто?

— Гриша Кактус. Мой... э-э-э... поставщик редких растений. Он же мне лилию достал. Из Японии. Сказал, что может достать все что угодно. Папоротник «Птичье гнездо». Фикус-душитель. Может, у него и бабочки есть?