Книга Бывшие. Леди-босс, страница 73 – Дора Шабанн

— Слушай, ну, ты знаешь, Алекс, я не могу пожаловаться, — задумчиво протянул Ян, когда мы с ним традиционно пересеклись в кафешке субботним утром, обменяться новостями и определиться с планами на грядущий сезон. — У нас с Янкой было счастливое детство, потому что отец водил нас в лес, мы плавали с ним на лодке по озеру, зимой играли в снежки, катали снеговиков на даче. Он поставил нас на лыжи и борд. А летом мы пекли картошку в золе и жарили шашлыки.

Перечисление всех мероприятий у Яна получилось легко, а я удивился — в моем детстве такого не было.

— Честно, когда я был мал, отец прямо участвовал в нашей жизни. Да, у нас, конечно, часто устраивались семейные выезды, и пока мы были мелкие, нами больше занималась мама, а иногда даже бабка, но папа не был для нас неким «свадебным генералом». Он где-то даже с уроками помогал, — видно было, что друг мой вспоминал прошедшее с удовольствием, хотя я точно знал: на отца он до сих пор сердит.

И финал истории, естественно, вышел грустный, но весьма поучительный:

— Я помню, отец как-то поделку Янке смастерил в школу, и на утренники наши в сад ходил. Знаешь, наверное, когда в семье было не очень много денег, у нас с сестрой было много родительского внимания. А потом… потом все пошло на хрен. Мы разбогатели, подросли, а предки отдалились не только от нас, но и друг от друга. И вышло как вышло, да.

Именно это заявление заставило меня пересмотреть собственное отношение к подкидышу, и я впервые подумал, что, возможно, он — подарок судьбы, а не проклятие, как мне казалось.

А дальше годы полетели, и выяснилось, что ксыну нужно было действительно ходить на утренники, мастерить с ним поделки, участвовать в каких-то конкурсах, типа: «Папа может!».

Постепенно я привыкал.

Мы по-прежнему с Яном дружили: вместе катались зимой, иногда пересекались летом, регулярно созванивались и обменивались подарками по праздникам. Он обязательно рассказывал, как дела у его родительницы, потому что я не мог не спросить. Просто не мог.

Годы шли, она молчала, но чем дальше, тем сильнее я подозревал тетушкину руку в нашем недоразумении с Лили, потому что дорогая Ираида Самуиловна постоянно сватала мне всяких-разных девиц.

Это были какие-то дочки, племянницы, внучки ее коллег, подруг и прочих важных, нужных, полезных людей. Но они мне были все мимо, в никуда. Точно так же, как и барышни, с которыми приходилось работать. Молодой поросли в последние годы у нас в Управлении появилось много, но все они былине то.

Не те.

Неона.

Не Лили.

Потому что я не мог перестать о ней думать, и именно несравненная, офигенная Лилиана Станиславовна, чьи фотографии я изредка видел у Яна в телефоне, занимала все мои мысли, и все то место внутри меня, которое не удалось занять ни работе, ни сыну.

И потом вдругэто случилось.

Мы с ребятами выбрались загород, и вроде все шло, как всегда, но меня подвела рассеянность. На склоне я отвлекся. Слишком задумался, с чего вдруг Ян такой довольный.

Нет, то, что Софа была рядом с ним, это, конечно, аргумент, но сегодня по какой-то причине они оба выглядели невероятно счастливыми, и вот только я собрался задать вопрос, как неудачно повернулся, налетел на выступивший из снега, облысевший валун, меня закрутило и смачно проволокло мордой по склону.