Онлайн книга «Бывшие. Леди-босс»
|
— Что? Почему? С чего мне уходить из дома, Лиль? — муж действительно удивился. А я даже злиться на этого идиота не могла, просто глаза закатила: — Мы разводимся, потому что ты мне изменил. Так что квартира эта — моя. Ну и я, конечно, не хочу видеть тебя рядом… После того как я ушла в ванную комнату приводить себя в порядок, Толя понял: все я серьезно, так что к моей огромной радости, в тот момент, когда я в халате и с полотенцем на голове выплыла в спальню, мужа в квартире не было. И его сумки для деловых поездок тоже. Ну и хорошо. Сунула нос в сейф: все на местах, но на всякий случай выгребла документы и драгоценности с деньгами — мало ли как может повернуться история? Пока намазывалась всеми полагающимися сыворотками, кремами и прочим, влезла в «Госуслуги» и подала на развод. Потом прикинула: а чего тянуть? Вздохнула и… И написала краткое сообщение сыну. Все равно во время игр и сборов тренер отнимает у парней телефоны, так что моя старшая прелесть узнает все новости, как только получит гаджет обратно. Вот примерно в тот момент, когда я набирала сухие фразы: «Ян, мы с отцом разводимся по причине его неверности» меня и накрыло. Пониманием, болью, обидой и просто разрывающим сердце осознанием: это навсегда. Все. Нас с Толей больше нет. И никогда не будет. Моя замечательная, устроенная, налаженная и привычная жизнь… рухнула. Раскололась, развалилась. И собрать ее из осколков невозможно. Да я и не стану. У меня теперь нет выбора — только строить новую. Сбегала порыдать в ванную комнату, еще раз умылась, сделала примочки на глаза, спела пару любимых песен, чтобы перестать подвывать от боли и обиды. Выдохнула. Собралась на утро на работу, написала одной из коллег из нашего юридического управления, попросила контакты доверенного адвоката для себя. Застелила свежим бельем кровать в комнате дочери, ибо в супружескую постель лечь меня бы не заставил никто. Завернулась в одеяло, поворочалась, устраиваясь, и вспомнила, как говаривала в детстве моя матушка: — Утро вечера мудренее. Будет день — будет пища. Вот с такой надеждой я и провалилась в какое-то вязкое, душное, серое марево. Ночью снилась всякая психоделическая чушь, глаза утром я открыла с трудом и только на третий будильник, чтобы, восстав как не слишком свежее умертвие из могилы, попытаться быстренько привести себя в подобие нормы. Ну и сварив ритуальную утреннюю чашку жгучего, черного кофе с перцем, набрала дочь. В Китае уже рабочий полдень, так что Яна Анатольевна должна быть в состоянии выслушать свою старую мамочку. Да, сначала дочь вопила: — Нет! Так нельзя! Мама! Ты не можешь… А когда я спокойно пояснила, что очень даже могу и, более того, уже в процессе, Яна начала просить и уговаривать: — Ну, как же так? Столько лет вместе! А как же мы с Янеком? Мам, давай ты еще подумаешь? Папа точно будет просить прощения… ну, ма-а-ам! Слушать все это было грустно, но неудивительно, ибо ребенок папу любил сильно и не видел повода отказываться от привычной семейной модели, ведь «папа же будет просить прощения…» — Дочь моя, послушай, пожалуйста! То, что мы разводимся — касается наших отношений, а отцом твоим Третьяков быть не перестанет. Просто теперь мама и папа жить будут в разных местах и проводить с вами время станут по отдельности. Яна, предательство я не забуду, даже если когда-нибудь и смогу простить. Точно нет. |