Книга Между преданностью и предательством, страница 166 – Шейн Роуз

— Я не очень голодна.

Я подхватил ее на руки и отнес обратно в спальню.

— Видишь? Ты плохо себя чувствуешь.

— Мне просто нужно съесть пару крекеров, и станет легче. Хотя… почему-то хочется картошки фри с мороженым. В моем родном городе была закусочная, где подавали такое.

Я усмехнулся, пораженный этим желанием.

— Ладно, договорились. Ты поспишь, а я найду картошку фри и мороженое. Про спортзал поговорим завтра.

Она прищурила голубые глаза, словно сомневалась, стоит ли соглашаться.

— Еще один день, Деклан.

Я собирался сделать этот день особенным. Когда она снова уснула, я нашел через интернет закусочную, похожую на ту, что была в ее родном городе, оформил заказ с доставкой и не удержался от улыбки, когда она проснулась от манящего запаха картошки фри.

— Ты сумасшедший, Деклан, – пробормотала она и тут же потянулась за хрустящей соленой соломкой. Мне нужно было накормить мать моего ребенка, и я сделал бы это любым способом.

Я выиграл еще один день, прежде чем она настояла, что готова вернуться на работу, что дети скучают по ней, и она скучает по ним. Я не мог с этим спорить.

Она ворвалась на работу в своих чертовых штанах для йоги, которые были слишком тесными, и спортивном топе, будто это был обычный день. Она кивнула и обняла Дома, когда он подошел к ней, вероятно, чтобы поздравить, но в остальном день был таким же.

Она не хотела, чтобы кто-то знал о беременности. Срок был слишком мал, чтобы спешить с новостями. Я это понимал и старался не превращаться в охранника. Меня ждали встречи, звонки, дела.

Первые три дня все шло гладко.

Первые три дня все вели себя так, будто ничего не изменилось.

Пока Анастасия не ворвалась ко мне в кабинет с покрасневшими от слез глазами, а потом попыталась прорваться на занятие Эверли. Моя жена вышла к ней навстречу, скрестив руки на груди.

— Да, Анастасия?

— Ты украла его у меня! – Она ткнула Эверли пальцем в плечо.

— Прости, что?

— Украла! Его, все! Ты пытаешься забрать все, что мне принадлежит!

Анастасия не могла смириться с тем, что Эверли не поддавалась на ее провокации. Она не собиралась опускаться до ее уровня. Пережив городскую травлю и клеймо лгуньи, моя жена давно научилась быть стойкой. И Анастасии ее не сломать.

— Я, кажется, предупреждала, что не позволю тебе выйти замуж за моего мужа. И не лгала. Но если однажды у нас будет свадьба или церемония обновления клятв, я тебя приглашу. Все-таки мы сестры.

— Ты мне не сестра! – выплюнула Анастасия. – Ты… Если бы Карл был здесь, он бы…

Я вышел из-за угла, где слушал их спор.

— Он бы аннулировал твое членство за подобное поведение. Ты сейчас разговариваешь с хозяйкой этой империи. Напомни, Карл когда-нибудь передавал тебе или Мелинде право собственности?

— Она с тобой в браке по расчету! – выпалила Анастасия. – Ей не достанутся акции!

— Я расторг брачный договор на этой неделе. Теперь половина моего бизнеса принадлежит Эверли.

— Ты… что? – ахнула Эверли.

Анастасия сжала губы, в ее голосе прозвучала угроза.

— Теперь Эверли владеет таким же пакетом акций, как и я. Ты считаешь разумным разговаривать в таком тоне с совладелицей HEAT?

Она запнулась, пытаясь подобрать слова:

— Нет… я… Ты не можешь быть серьезным.

— О, еще как могу. И рано или поздно Эверли Белафонте станет Эверли Харди, если захочет взять мою фамилию. Я ожидаю, что каждый, кто носит эту фамилию, получит столько же уважения, как и я. А теперь я оставлю тебя с моей женой. Она решит, стоит ли тебе оставаться в клубе. Я бы уже исключил тебя.