Книга Между преданностью и предательством, страница 99 – Шейн Роуз

Алкоголь. Ревность. Крошечная капля дождя, которую я хотел контролировать больше, чем саму жизнь. Зовите вещи своими именами.

— Ты сводишь меня с ума, когда сидишь с ним и шепчешь ему на ухо, – признался я.

— Это смешно. Ты был с Анастасией и Пайпер, с которыми, как я знаю, ты…

— Продолжай. Закончи предложение.

— Ты спал с Пайпер, – указала она, а затем сжала свою маленькую руку в кулак, словно злясь на себя за свою реакцию. – И это не имеет значения. Честно. Потому что мы двое живем отдельной жизнью. А потом тебе, вероятно, придется встречаться с моей сводной сестрой.

— Это будет тебя беспокоить? – прошептал я ей на ухо.

Я увидел, как мурашки побежали по ее шее.

— А если бы беспокоило?

— Тогда я бы сказал, что нам нужно пересмотреть обязательства, которые мы взяли на себя в этом браке.

Она покачала головой, сразу же обеспокоившись тем, как я поменял направление разговора, которое она уже задала.

— Нет. Меня это не беспокоит. Я справлюсь.

Бармен подошел и взял у меня заказ – он явно надеялся угодить владельцу. Эверли выскользнула из моей хватки как раз в тот момент, когда зазвонил мой телефон, и я отпустил ее, увидев номер.

— Миссис Джонсон? – ответил я, наблюдая, как она пробирается через нескольких парней и привлекает внимание Ноа и По.

Я нанял кого-то, чтобы разобраться с завещанием, выяснить, что миссис Джонсон от нас скрывает, и, полагаю, именно поэтому она звонила.

— Да, Деклан, извините за поздний звонок, но я хотела напомнить вам о встрече по условиям. У нас осталось две недели, и я хочу убедиться, что вы и Эверли ладите.

Она сглотнула.

— Это условие не станет слишком большой помехой, но я слышала, что вы начали копать.

Я не стал отрицать.

— Я хотел бы узнать, что это, причем как можно скорее.

— Ну, через три месяца мисс Белафонте и вам придется принять решение, которое либо положит конец вашему браку, либо продвинет его вперед. Мне хотелось бы думать, что последнее. Вы двое выглядите прекрасно вместе.

Мое давление подскочило, и я сжал край стойки бара.

— Держать условие в секрете так долго в рамках оглашения завещания – это не может быть…

— Увидимся скоро, Деклан. Пожалуйста, будьте добры к своей жене.

Я повесил трубку и стиснул зубы, набирая номер того, кто, как я думал, мог бы помочь.

Я набрал его номер на выходе из бара. Он ответил на втором гудке.

— Что тебе нужно, зять?

— Ты и Иззи знаете о трехмесячных условиях завещания?

— Конечно, – сказал он совершенно без эмоций.

— Какого черта? Скажи мне.

— Не хочу.

— Это же незаконно, – сквозь зубы процедил я.

— Конечно. Но когда ты готов сделать незаконное завещание законным, чтобы потом сделать его недействительным, приходится идти на незаконные действия. Мир так устроен, чертовски извращенно.

— Пошел ты, Кейд.

Я бросил трубку и вернулся внутрь, чтобы найти Эверли. У нас было две недели, чтобы решить, готовы ли мы принять условия, и я знал, что бы это ни было, я пока не собираюсь терять ее. Я знал, что бы это ни было, я хочу, чтобы она согласилась на это со мной.

В ЗАВЕДЕНИИ все было пропитано страстью, желанием и роскошью. Атмосфера была пронизана декадентскими деталями: кристаллы и бриллианты переплетались в густых лозах и розах, все оттенки «королевских» цветов обвивали свисающие с потолка трубы. В углах ресторана стояли атласные шезлонги, а кресла были обиты шелком – в синих и пурпурных тонах, чтобы каждый посетитель чувствовал себя членом королевской семьи. Официантки с цветами в волосах, в черных нарядах сновали между столами, тщательно следя, чтобы каждому подали лучший алкоголь. Еда оплачивалась одним движением часов или добавлялась в счет постоянного клиента без необходимости даже предлагать оплатить счет.