Книга Где-то всегда светит солнце, страница 238 – Кристина Миле

Водопады, спускающиеся ступенями, были достаточно высокими, не меньше пяти метров, и били прямо из отверстия в скале. Я в очередной раз поразилась, насколько природа изобретательна, а может, это, наоборот, означает, что она шла напролом. Долгие годы, столетия или даже тысячелетия вода пробивала себе путь в горной породе, чтобы стать прекрасным водопадом. Его шум успокаивал меня. Но сколько я ни пыталась включать его в записи, каждый раз убеждалась, что в домашней обстановке он кажется неестественным. Другое дело, когда гуляешь в горах, и вдруг слышишь его далекий глухой шелест, и чувствуешь, что сама Земля говорит с тобой, и ты внимательно вслушиваешься в ее речи, боясь пропустить что-то очень важное…

Кто-то сел рядом. Не открывая глаз, я поняла, что это он. У меня не было никакого желания ни скандалить, ни кричать. Я хотела еще несколько мгновений покоя, пока грохот воды выбивал из моей головы все мысли.

— Кристина, – тихо позвал он.

Я открыла глаза.

— Ты был вчера в массажном кабинете? – спокойно спросила я.

— Да… Тебе понравилось? – игриво улыбнулся он мне, и в тот же миг вся моя невозмутимость испарилась.

— Амир, ты же знаешь, что я здесь с другим мужчиной?

Я поднялась на ноги и направилась к Гериону. Конюх, как и следовало ожидать, исчез.

— Подожди! Я всего лишь хочу предостеречь тебя от ошибки!

— От какой ошибки? Моя главная ошибка была в том, что я согласилась написать тебе ту чертову картину!

Я забралась в седло, но Амир ухватил поводья.

— Я хочу поговорить! – воскликнул он.

— Отпусти! – яростно крикнула я.

— Нет, – ухмыльнулся он той улыбкой, что раньше сводила меня с ума.

— Боже мой, оставь свои игры! – взмолилась я.

— Какие игры? – опять улыбнулся он.

— Я не хочу опять оставаться с тобой наедине!

— Нас здесь четверо, – спокойно ответил он. – И чего ты боишься? Признаться себе, что не чувствуешь к нему того, что чувствуешь ко мне?

— Ты не можешь знать, что я чувствую! – заорала я, и конь подо мной начал заметно нервничать.

— Не могу, но знаю, – твердо сказал он. – Я знал это и тогда, когда велел Расулу посадить тебя в машину, и тогда, когда просил вернуть ваш самолет, и сейчас я твердо знаю, что ты любишь меня. А я люблю тебя.

— Ты невыносим! – выкрикнула я.

Слезы текли по моему лицу, но я не могла остановиться и продолжала кричать. Во мне накопилось так много обиды…

— Я говорила тебе, что та ночь ничего не поменяла! Но ты не хочешь меня слушать. Ты в очередной раз хочешь все за меня решить. Но в этот раз не получится! Я с другим мужчиной! Я хочу быть с ним, слышишь? Я…

Герион не дал мне договорить. Он сбросил меня так неожиданно, что я даже не попыталась удержаться и в мгновение ока оказалась на траве.

— Кристина, ты в порядке? – навис надо мной Амир, беспокойно осматривая.

Я была не в порядке, хотя при падении и пострадала только моя гордость. Я закрыла глаза, досчитала до пяти и, сбросив с себя его руки, проговорила:

— Не трогай меня!

Я резко подскочила на ноги, но тут же пришлось опереться на его плечо – в глазах резко потемнело.

— Тебе плохо? Чем ты ударилась? – с тревогой спросил он.

Я немного пришла в себя и открыла глаза.

— Все хорошо! – отрезала я. – Где Герион?

Я попыталась найти его глазами.

— Похоже, убежал, – ответил Амир.