Книга Олигарх в беде, или Курам на смех, страница 5 – Наталья Кошка

Моя любимица из несушек — Рябушка, подвернулась под ноги, и я подхватила ее на руки. Провела ладонью по жесткому оперению крыльев и сразу отпустило. Рябушка вообще хорошо успокаивает. И яйца несет отменные, крупные, желток яркий — просто загляденье.

Я хозяйка положения, чего нервничать? Будет плохо себя вести, скажу Саше, чтобы забирал буйного. Или в крайнем случае — огрею лопатой. Тоже мне, делов-то! Не таких обламывали. Вон, прошлым летом участковый приезжал, думал, что я тут самогон гоню — так уехал несолоно хлебавши.

В конце улочки показалась пыльная туча, которая стремительно приближалась. Едут! Везут.

Отошла к крыльцу, устроившись на низенькой табуретке с невозмутимым видом, будто не мельтешила только что как ненормальная по двору. Рябушку еще раз погладила, чтобы закрепить успокоительный эффект.

— Ну вот, у нас все схвачено, милая, да?

Курица ничего не ответила, только клюнула легонько в руку.

Большая черная машина бодро припарковалась у моих стареньких ворот и сразу же стало шумно. Хлопанье дверей, мужские голоса, какая-то возня. Целых пять мужиков на подворье. Вот ужас-то. Полдеревни сбежится сейчас на шум, а мне потом объясняй, что это не банда, а гости.

Расправила плечи шире, поглядывая лениво на творящееся безобразие. Четверо тащили одного, упирающегося. Видок у него был, мягко говоря, устрашающий. Лицо багровое, жилы надулись. Глаза… можно было бы назвать красивыми, если бы они не были такими бешенными. Синие, как васильки в поле, но злые — хоть прикуривай.

Плед, который каким-то чудом держался еще на плечах, не скрывал мощной фигуры. Широченные плечи, ручищи — будто он не бизнесмен, а кузнец или штангу всю жизнь таскал. И впрямь, бывший спортсмен. Не соврал зятек.

— Надь, привет. — выдохнул Сашка, между делом пихая мычащего олигарха в бок. — Куда его?

Я пригляделась внимательнее. Что это у него во рту? Кляп?

— Ну вы даете, братцы, — озадаченно потерла лоб. — Неужели нельзя было по-человечески как-то? Договориться? Уговорить?

Мне даже жаль стало бедолагу: тащат, как куль с картошкой. Встала с табуреточки, одергивая рубашку и открывая проход к дому.

— Занесите его в сени, и осторожнее там! Не разбейте лампу!

Я свой дом строила под себя, а тут — приперлись бугаи. Сейчас лбами посшибают мои дизайнерские люстры. Осталась на крыльце, чтобы перевести дух и осознать, во что ввязалась. А мужик-то, и правда, огромный. И страшный. Куда он мне? Чем кормить такого? На оладушках точно не протянет долго. Такому мясо подавай килограммами. Ох, намаюсь я с ним, сердцем чую.

Рябушка нервно взъерошила перышки: олигарх ей тоже не понравился. Умная птица, все понимает.

— Надь, короче, мы его там уложили, — Саша выскочил из сеней, запыхавшийся, но довольный. — На коврик для обуви. Пусть немного полежит, оклемается. Вот ключи от наручников. Через полчаса расстегни, а то руки затекут.

Кивнула, пряча ключик в карман передника. Интересные дела творятся… Наручники, кляп, доставка на дом. Прямо детектив, а не деревенская жизнь.

— А мой заказ? — спохватилась. — Не забыли?

— Все привезли, хозяюшка, — отозвался Санин друг, улыбаясь мне сладко. Но я так зыркнула на него, что улыбка разом сошла.

Ишь, кобель! Тут работы непочатый край, а он глазки строит. Лучше бы дров предложил наколоть. Но куда там, сразу видно — городской. Одни потрахушки на уме.