Книга Школа. Никому не говори. Том 2, страница 50 – Руфия Липа

— Хорошо, пойдём! – согласился он. – Готова?

— Я ещё посижу. – Школьница, задрав нос, обиженно отвернулась.

— Сиди, – спокойно отозвался повеса. – Я подожду.

— Брат переживает! – снова попыталась избавиться от брюнета Люба.

— Не ждёт и не переживает, – обломал её Сэро. – У него своих дел по горло.

— Вы же близнецы! – не поняла она.

— И что с того?

— Должны быть вместе постоянно, переживать друг за друга…

— Ага, щас! – саркастично прыснул ровесник. – И зачем нам обоим это надо?

Поспелова задумалась. Не найдя подходящего ответа, ляпнула:

— Потому что … родные братья… Близнецы! Похожи как две капли воды. Так надо. Вот!

Ибрагимов прыснул со смеху.

— Книжек перечитала?!.. Проснись, я и Имир – разные люди! Да, близнецы. Подумаешь! У нас не один мозг на двоих! Я не обязан ходить по пятам за братом, а он – за мной. Имир не водит дружбу с теми чуваками, с которыми контачу я. А я не собираюсь быть копией Имира, хоть мне его вечно в пример некоторые ставят. Понятно?

Десятиклассница не ответила и вновь гордо стала глазеть на реку. Но Сэро смекнул, что девочка успокоилась и готова к контакту, поэтому продолжил разговор.

— Ты одна в семье?

Школьница повернулась к нему.

— Нет. Ещё есть брат.

— Никогда не видел в школе твоего брата, – задумался собеседник.

— И не увидишь, смешной! Он старше меня на шестнадцать лет. У него в станице бизнес. Товар в магазины поставляет. Еду и напитки, по-моему.

— А-а-а-а, вот оно что! Нифига, шестнадцать лет разницы!.. Где живёт?

— У своей женщины. Женщин, точнее. Они меняются постоянно. К нам в гости приезжает. Редко, правда! Иногда ночевать. Мама всегда скучает и ждёт его. Любит брата очень! У Шурика своя комната в доме. Там хранятся некоторые вещи, а ещё крутой японский музыкальный центр с огромными колонками, куча дисков и кассет! Много-много!.. Брат разрешает слушать его коллекции. – Люба от удовольствия закатила глаза.

— Щедрый! – искренне позавидовал Сэро. – Имир бы за свои кассеты руки оборвал!

— Шутишь?! – изумилась девочка.

— Ни капли! Он не любит, когда трогают его вещи. Его – это его, и точка. Даже если спрашиваешь, Имир может не дать. Своё хранит отдельно, и лучше в его имущество не лезть. Хорошо вы с братом общаетесь?

— Вообще не общаемся, – нахмурилась тихоня. – Он только с родителями болтает!

— А ты молча слушаешь?

— Нет. Не слушаю. Мне неудобно во время их бесед. Они говорят о своём, о взрослом, а я чувствую себя глупой и посторонней. Обычно когда Шурик приезжает, ухожу в комнату. Лишь иногда чай со всеми пью, не больше. А вас в семье сколько?

— Семеро.

— Ого! – приятельница хлопнула в ладоши от восхищения. – Круто!

— Вроде того, – по-доброму улыбнулся повеса.

— Повезло! Ты не один. Я хотела бы так! Дома, наверно, весело всегда?

— Бывает! – посмеялся Сэро.

— Вы с Имиром старшие?

— Нет. Старший – Арон, ему 23 года. Он не захотел переезжать на Кубань и сначала остался в Новосибирске у родни, а потом в Москву укатил. Вторая – Русланка.

— Ей сколько?

— Восемнадцать. Учится на повара-кондитера в соседнем городе. Почти закончила. По выходным там же подрабатывает в кафе, печёт. После Русланы родились я и Имир. Ну и младшие наши – Роза, Сона и Ярош. Ярошу четыре.

— Везучий ты, Сэро! Такое семейство большое! – искренне восхитилась Люба. – Счастливые! Всегда завидовала, когда куча братьев и сестёр. Никакие друзья не нужны!