Книга Школа. Никому не говори. Том 1, страница 60 – Руфия Липа

Алесю Сэро хорошо знал. Брюнет в прошлом году не раз сидел с ней, её старшим братом и их друзьями за самодельным столом в тёплом гараже, слушал рок-песни под гитару, пил водку, закусывая лимоном с солью. Байкеры уважали Ибрагимова, его лёгкую, компанейскую натуру, зазывали в гости. Парень соглашался из любопытства – посмотреть на круг неформалов. Но, поняв, что ни культура, ни подобный образ жизни его не прельщают, повеса дипломатично свёл общение к минимуму, успев завязать немало полезных связей. Да и хлебать водку с солёным лимоном цыган конкретно устал.

В Исаковой же Сэро признавал человека, что не разбрасывается словами.

Ибрагимов подошёл к курившей школьнице. Достал из кармана зажигалку, кивнул:

— Сигаретка будет?

Неформалка улыбнулась, протянула пачку. У Сэро в кармане имелись свои, но зачем тратить впустую, когда рядом – расположенный к общению щедрый человек?

— Задворки туалета, смотрю, не для тебя, – подмигнул юноша.

— Да ты что, приятель, с ума сошёл?!.. За сортиром воняет дерьмом, внутри от ссанья шары слезятся! Да ну нахер! Пусть там шмалят те, у кого кишка тонка. А я здесь, под деревом, постою, воздухом свежим подышу! – выпалила Алеся и затянулась.

— Не спорю. Ты права, – едва пожал плечами собеседник.

Рокерша выкинула бычок в траву, поправила ворот джинсовой куртки, собрала тёмно-фиолетовые волосы в хвост и достала новую сигарету.

— Давно, брат, у нас не был!

— Прости, родная! Работы много.

— Матери помогаешь на рынке, я видела. И бате – на ж/д.

— Не-е-е, пахану редко. – Сэро выпустил струи дыма из ноздрей. – На ж/д Имир – частый гость.

Старшеклассник уже приготовился было перейти к разговору о предмете своего интереса, ради которого он к Исаковой и подошёл, как обнаружил, что тот самый интерес шагает мимо – от туалета в сторону главного входа.

Люба заметила Сэро и Алесю, куривших в тени, – и моментально пугливо сжалась, ещё больше ссутулилась, опустив голову, принялась изучать щербатый асфальт под ногами.

Ибрагимов усмехнулся.

Следом за Поспеловой шли три девочки-восьмиклассницы. Одна, знакомая с брюнетом, помахала ему рукой. Он эффектно подмигнул в ответ.

— Кого-то закадрил? Впрочем, как всегда! – улыбнулась Алеся.

— Да, бывает подфартит.

— Ой, скромник! Бабник ты редкостный! – расхохоталась неформалка.

Сэро, назидательно посмотрев на Исакову, насмешливо произнёс:

— Преступно быть равнодушным к красивым дамам. Порядочный парень никогда не оставит без внимания девушку, желающую пообщаться поближе.

— Ой-ой, джентльмен! – Алеся поощрительно рассмеялась.

— Это из твоего класса же пошла? С волосами по плечи которая? Идёт впереди во-о-он тех трёх курочек!

Сэро настолько резко сменил тему, что Алеся растерялась. Неформалка не сразу сообразила, о ком идёт речь, пока не приметила одноклассницу.

— А-а-а-а, эта! Поспелова.

— Что скажешь?

— Ничего особенного. Тебе зачем?

— Приятель интересуется.

— Понравилась?

— Вроде как.

— Ну у него и вкусы!

— Его вкусы – не наши заботы. Он стеснительный в плане девочек.

— Тогда понятно, что пацан в ней нашёл!

— А что так? Какая она, по-твоему? Поспелова, говоришь?

— Да, Люба. В классе ни с кем не общается. Хотя нет: болтает иногда с двумя такими же буками, как сама. С неё многие стебутся – правда, чувиха никак не реагирует. Ей похрен, за что уважаю! Кустарь-одиночка, короче. Постоянно сидит дома. Кто с ней дружил раньше, базарят, типа скучная зануда. Вроде, в большой поляне живёт, и некоторых в классе это бесит. Больше ничего не знаю. А учится ничего так: четыре – пять. Хорошистка, короче, но особо не высовывается.