Онлайн книга «Школа. Никому не говори. Том 4»
|
— Где Сэро?!.. — Он у директора. Там разбираются насчёт англичанки… — Значит, не врут! – расстроилась девочка и в панике обхватила голову руками. — Да пёс его знает! – равнодушно пожал плечами Савва. – Поживём – увидим. — А Имир где? – сообразила Люба. — Там же, вроде. У директора. И наш классрук… Отличник не успел договорить, как Поспелова развернулась и стремглав побежала по коридору, перепрыгивая на ходу через ступеньки лестницы, на первый этаж, к приёмной. Грудь разрывал на части гремучий клубок из самых разных чувств, и школьница не понимала, не отдавала себе совершенно никакого отчёта, что она делает и что происходит здесь и сейчас с её девичьей душой. Увидев у высокой массивной двери приёмной одиноко стоявшего Имира, она притормозила, и не дойдя шагов пять, нерешительно остановилась, чувствуя, как мелкая дрожь в теле усиливается, превращаясь в озноб. Брюнет посмотрел на неё как всегда спокойно, даже равнодушно, глаза в глаза. Не произнес ни слова, не кивнул в знак приветствия. Прозвенел звонок. Гнетущее молчание между ребятами, стоявшими у директорского кабинета в пустом коридоре, затянулось. Казалось, ни брюнет, ни тихоня не в силах были нарушить его. Едва Люба решилась сделать оставшиеся пару шагов вперёд, дверь в приёмную распахнулась. Из-за неё выглянул Валерий Леонидович. — Заходи! – коротко бросил мужчина, оглядев мельком коридор и лишь слегка задержав взгляд на потерянной девочке, белой как полотно. Имир искоса глянул на Любу как на чужую, словно они и знакомы никогда не были, поправил на плече рюкзак да зашёл вовнутрь. Тяжёлая дверь с чавкающим звуком закрылась. Разбитая Поспелова, пытаясь вернуть самообладание, ничего не понимая и из последних сил стараясь не верить в произошедшее, осталась в одиночестве посреди коридорной тишины. Глава 12 Люба, укрывшись за густым кустом шиповника, ждала уже больше часа. Набережная была пуста, лишь редкие прохожие иногда отвлекали школьницу от тяжёлых дум. За прошедшую неделю, начиная с понедельника, она не видела Сэро ни разу – как бы ни сторожила в столовой, у школьного туалета, ни выглядывала в коридорной толпе. В 10 «А» болтали, что Алина Мстиславовна уволена, Сэро уже выгнали из школы, а Имир остаётся под вопросом, потому что без брата учиться здесь не будет. Уроки английского опять оказались на вакансии, замещать было некому. — Не верю, что он влюбился в размалёванную корову! – категорично высказывалась Камилла всякий раз, когда базар в классе вновь начинал крутиться вокруг интрижки повесы с молоденькой англичанкой. – И вообще из-за такой ерунды не отчисляют! — Ерунды?! – возмутилась Нина Гончаренко. – Устроили порно прямо в кабинете, возле окна! А я, между прочим, за той партой сижу! Дрянь какая! — То, что устроили порно, ещё собака надвое сбрехала! – нашлась Виноградова. – Делать нечего грымзе-трудовичке, как из окна чужой кекс палить! И ты посмотри-ка – углядела! Как мы в седьмом классе просили крой перепроверить, так она с полуметра без очков не могла, а тут через десятки метров да кучу стёкол усекла, что творится, да ещё и в лицо узнала! Может, это муж Алины Мстиславовны был! Заехал к жёнушке проведать, вот и понеслось… — Фу, Камилла! Что ты мелешь?! — А чего ты фукаешь, Лёвочкина?! Как маленькая, ей богу! Повторюсь ещё раз для тех, кто глуховат и туповат: совершеннолетняя – Алина-тварина, а значит, она Ибрагимова и совратила, а не наоборот! |