Книга Школа. Никому не говори. Том 3, страница 24 – Руфия Липа

Наталья рассмеялась. Люба чуть улыбнулась.

— Вот что думаю насчёт того, что ты только что сказала. Всё в жизни не так просто, Люба. Если Сэро с тобой общается, значит, нашёл что-то крутое! Уж молчу про Имира… Может, хватит оглядываться на тех, кому ты не нужна? Ума-то не занимать!

— Слушай…

— Что?

— Ты очень красивая. И одеваешься интересно!

— Спасибо! Моя сестра шьёт. Многое перешивает.

— Круто! А ещё на Ариэль похожа, только волос короче!

— Ах-ах! Спасибо! Обожаю этот мультик! Ты первая, кто мне это сказал!

Щука под пиво неплохо ушла. Правда, Люба не смогла понять, почему от невкусного напитка все тащатся. Она провела Нате экскурсию по Солнечному 27, не обращая внимания на глубоко недовольное лицо Александры, которой не понравился внешний вид новой подружки дочери.

Натальин домик, старенький, запущенный и покосившийся, тихоню – любителя состарившегося и брошенного – сразу впечатлил. Скромная чистота внутри, вкусный чай и бутерброды, просмотр фотоальбомов и болтовня до позднего вечера сблизили двух непохожих девчонок. Ната проводила подружку до школы № 1, заручившись от той обещанием приходить к ней почаще, а Поспелова с полным удовлетворением решила, что две недели домашнего ада закончились весьма продуктивно.

«Теперь есть два места, куда можно приходить в гости: Паша и Наташа! Можно ещё к Денису заглянуть. Хотя нет. Неудачная идея. Обойдусь. Чёртовы каникулы закончились наконец! Книги прочитаны, а в понедельник – снова школа, чтоб она под землю провалилась! Как заработать денег, чтобы летом свалить? У меня никогда даже мелочи на личные нужды не водилось», – размышляла подросток, свернувшись клубочком под одеялом, пока сон не одолел.

А в это же время Наталья, сидя в одиночестве за небольшим кухонным столом у окна, размышляла над беседой с Любой и взаимоотношениями в компании Ибрагимовых.

«Она точно подметила, что Сэро как ветер! Как кот. Ветреный кот, ах-ха! Люба умная и наблюдательная! Мне б её осторожность и разборчивость! Наверно, многих проблем бы избежала!»

Девушка спрятала под себя ноги в шерстяных носках и глубоко задумалась о бывших парнях.

В её семье женщины не заморачивались серьёзностью отношений с противоположным полом. Мама забеременела Натальей и её старшей сестрой от разных мужчин, не будучи в браке, и ни один из отцов не остался в семье – оба ушли задолго до рождения дочерей. Ната позже нашла в альбомах снимок папы, расспросила мать о нём и вышла с родителем на контакт, выяснив, что родному папочке ни на грош ни сдалась и что мужик прекрасно поживает без неё в новой удачно сложившейся «правильной» семье и совсем о судьбе брошенной дочки не задумывается.

Мама – зарекомендовавшая себя талантливая медсестра с солидным стажем в хирургическом отделении – не стремилась построить «приличную» полную семью. Девчонки росли, наблюдая в крошечном домишке, доставшемся в наследство от бабули, парад постоянно менявшихся сожителей. Женщина при каждом расставании тарелки не била и волосы на голове не рвала, лишь собирала подруг за бутылочкой крепкого и жаловалась на неудачу и одинокую судьбинушку. Дочки слушали стенания матери и причитания дружеской поддержки, замечали, что снова пропал из домика мужской гардероб, и, взрослея, прекратили называть всякого вновь появлявшегося дядю папой. А в старших классах Ната на каждую свежую мамину любовь обращать внимание вообще перестала.