Книга Школа. Никому не говори. Том 3, страница 61 – Руфия Липа

— Прикатила командирша! – добродушно фыркнул отличник, когда сестра бесцеремонно впарила ему в руки пышную охапку красных роз. – Сэро, смотри: розы свежие, бутоны крупные! Сегодня ванну с лепестками принимаем.

— Да пошли к чёрту оба! – расхохоталась девушка, здороваясь в щёчку с Ильёй. – Я потом вашу боксёрскую грушу и штангу в розовый цвет разукрашу! Родители дома?

— Нет, – ответил Имир. – Руслана, знакомься, это Люба. Поспелова.

Толпа развернулась и расступилась. Школьница, почувствовав, как кровь отлила от щёк, а сердце бухнулось в пятки, вышла из-за двери и с мучительной тревогой подняла взгляд на старшую сестру.

— Да ну, серьёзно?! – удивилась цыганка, оглядывая с ног до головы скромную гостью. – Наконец-то я с тобой познакомилась, дорогуша! Теперь буду в лицо знать девчонку, что бездельнику Сэро ужастики читать впарила! Привет-привет!

Ибрагимова дружелюбно распахнула объятья и заключила в них Любу, обдав её вкусным шлейфом дорогих духов. Выглядывая из-за спины Русланы, Поспелова улыбнулась подмигнувшему Коробкину. Денис смутился и, вздрогнув, засунул руки в карманы джинс.

Руслана походила на близнецов и не походила одновременно. Лицо круглое, скулы и подбородок не такие острые и чётко очерченные, как у младших братьев. Смуглая кожа, чёрные густые волосы не вились крупными кудрями, но были уложены на концах плойкой в локоны. Круглые синие глаза, как у Лалы. В ушах – огромные золотые кольца-серьги: писк моды среди местных кокеток. Девушка сняла длинную чёрную блестящую кожаную куртку с пышными меховыми воротником и манжетами да без раздумий подала Илье, чтобы повесил на крючок (что парень быстро, услужливо выполнил), затем расстегнула молнии на ботфортах с тонкими металлическими каблуками-шпильками сантиметров в двенадцать.

— Кто тебя привёз, красивая? – несмело полюбопытствовал заинтересованный Илья.

— А-а-а-а, это Максим! Сынок хозяина того торгового трёхэтажного центра, что возле парка аттракционов! Я ему обещала вместе погулять, но потом передумала! Сказала, что домой хочу. Вот он меня из города и привёз, – ответила брюнетка таким тоном, что сразу стало понятно: обращаться так с поклонниками для неё было проще простого.

Разглядывая старшую Ибрагимову, Люба поняла, что завидует ровеснице до боли в мышцах. Ей бы никогда мама не разрешила так наряжаться и тем более себя вести похожим образом. Да и, приученная с рождения к скромности и покорности, Поспелова уже бы не разрешила ничего себе сама. Руслана же себя любила больше всего и всех на свете: трикотажное эластичное мини-платье обтягивало стройное девичье тело, демонстрируя все его изгибы, вырез щеголял грудью, шею украшал блестящий кулон-камушек на короткой золотой цепочке, яркая фиолетовая помада-блеск, полноценный макияж. Ничего из своих внешних достоинств студентка не скрывала от посторонних глаз. Наоборот, выставляла напоказ, гордясь красотой и молодостью.

А ещё Люба с облегчением и радостью поняла, что своенравная брюнетка не походит своим отношением к ней ни на одну другую знакомую пижонку: Руслана с первого взгляда дала понять Поспеловой, что рада знакомству и относится к ней по-хорошему.

Сначала все попёрлись чесать языками на кухню, но Имир шустро всех выгнал, чтобы накрыть стол в одиночестве и тишине. Тогда компания пошла в пристройку, и, пока Коробкин, сидя на табуретке, ковырялся в разобранном на части пылесосе, Сэро, Оглы и Руслана топтались вокруг, болтали, шутили да сплетничали. Люба, ещё не расслабившись в новой обстановке, молча слушала и улыбалась, боясь вставить лишнее слово. Она насмешливо поглядывала на Илью, с удовольствием подмечая, как закадычный приятель повесы, обычно презрительно-глумливый да снисходительно-надменный, теряясь и робея, пытается вести себя естественно да одновременно старается привлечь внимание.