Книга Жених из Академии магии, страница 113 – Марина Халкиди

— И сейчас они не ждут моего возвращения.

Что же это за родители? Хотя, возможно, я вновь тороплюсь с выводами, мало ли что натворил маленький Мерек, когда не контролировал свою силу.

— Почему они боялись тебя?

Разговаривали мы в парке академии, подальше от студентов, преподавателей и стражей, которые могли подслушать нас. Мерек подобрал с земли упавший плод иринги, покрутил его в руках, не спеша ответить на мой вопрос.

— Они приверженцы ордена равноправия.

Нахмурилась. Об ордене равноправия и его ненормальных членах я была наслышана. Слишком уж часто отец, не подбирая выражений, высказывался об этом ордене. И ладно бы в него входили обычные люди, лишенные магии. Это я еще могла бы понять. Но в него входили маги, которые считали, что у всех должны быть равные права и возможности. И коли люди лишены магии, то и чародеи, считали они, не имели право использовать свою силу. И таких идиотов, которые вступали в ряды этого ордена, были довольно много.

Хотя мне этого было и не понять. Как можно было отказаться от части себя? И ради чего? Ведь тот же целитель, на их взгляд, должен был позволить ребенку умереть, но не воспользоваться своей силой. То есть они выступали против любого использования магии, даже во благо и спасение других.

Три года назад разразился скандал, когда выяснилось, что взрослые члены ордена заставляли и своих детей отречься от магии. Но дети не всегда могли контролировать себя, и порой магия проявлялась помимо их воли. Этих детей жестоко наказывали, стараясь через боль объяснить им, что магия зло. Скандал был довольно громким. И общество разделилось на две противоборствующие стороны. Одни считали, что воспитание детей – это дело родителей, и только им решать, кем вырастут их отпрыски. А другие считали, что таким воспитанием эти горе-родители коверкают души детей и их будущее.

— Так ты не из Бадейна, а из Долины цветов?

Орден выдержал не один скандал, более того, он получил земли на юге королевства, где его члены и создали свою общину.

— Нет, родители остались жить в своем доме, когда их в первый раз пригласили в Долину, так что я никогда не покидал Бадейн.

— Чувствую какой-то подвох, - заметила я.

Мерек отбросил плод в сторону.

— Дед завещал мне наследство, - отрывисто ответил он. - Я мог воспользоваться им только в семнадцать лет.

— И?

Так, а вот это мне уже не нравилось. То есть родители боялись Мерека, вернее всплесков его магии, но золото и для этих ненавистников магии было так важно, что они терпели его рядом с собой.

— Родители согласились подписать разрешение на мое обучение в академии, если я…

— Что ты?

— Это неважно.

— Если ты перепишешь на них оставшееся наследство? - прозорливо уточнила я. - И сколько дед оставил тебе?

— Я же сказал – это неважно.

Еще как важно, хотела возразить я. Но не стала. Какими бы они ни были, но они были его родителями, хотя и обокрали собственного сына. Что, впрочем, и неудивительно. Ну да, в долине тоже не любили бедняков. И ордену всегда требовалось финансирование, чтобы привлечь новых последователей.

Два месяца назад я бы подумала, что это дело других – попытаться спасти тех же детей, которых помимо воли привозили в долину. Но то два месяца назад, когда я больше желала повторить в какой-то степени путь отца. И когда я с легкостью думала почему бы не свести принцессу с дель Верди, а рыжую и дель Кромвиля убедить служить в бюро. Но сейчас каждый из них перестал быть для меня серой массой. И каждому из них я желала пройти тот путь, который они сами изберут. Да и вести следствие и служить в бюро желающие и без меня найдутся, а вот побороться с этим орденом – это достойная и правильная цель. Как и помощь этому мальчишке.