Книга Волк Эброна, страница 51 – Алексей Фирсов

— Нас отправят в местную армию?

— Судя по всему. Так они и не скрывают чего хотят.

— Не бояться, что мы убежим или взбунтуемся?

— Насчет бунта у них всякие примочки есть. А бежать отсюда невозможно. Где взять корабль и пилота? Орбитальная станция контролируется веганцами.

— Откуда ты такой умный взялся? А, студент? — буркнул Кон. — Тошно тебя слушать?

— Они меня Студентом называют. — улыбнулся Норман. — На Брании, в веганском секторе я учился в универе.

— Пока не начал бомбы собирать в своем кампусе! — Кон широко зевнул. — Уже слышали тыщу раз!

— Ибрагим еще не слышал. — возразил Радко.

— А в глаз? Дайте мне поспать, уроды!

— Мне два пожизненных дали. — улыбнулся ушастый студент. — Как террористу.

— Ты не террорист, а дрист. — буркнул Кон.

— Он только рычит, а сам боится. Устроит драку и его того… выведут.

— Куда выведут?

— Телок мазать шоколадом! — хмыкнул Кон. — Дайте поспать!

Лаки вспомнил девочек с Лутанга, перемазанных шоколадом до ушей и загрустил.

— Мазал я как-то девчонок шоколадом…

Кон моментально открыл глаза.

— А ну-ка расскажи и больше подробностей!

— Не вздумай. У нашего громилы одни бабы на уме. Возбудится еще чего доброго! — заметил Шонк и отодвинулся за Радко.

Кон показал ему кулак.

— А почему вы говорите: «Альди»?

— Местные считают неблагозвучным «Альдебаран» вот и сократили. — ответил Радко.

— Эй, про девок лучше давай!

— Отстань, Кон. Никуда девки от тебя не денутся. На планете их несколько миллионов.

— Если найдешь! — ухмыльнулся Норман. — Тут столетняя партизанская война идет. Есть военные бордели, небось, но туда нас не пустят. Мы — пушечное мясо, смазка для шестеренок войны…

— Расскажи мне про местные дела.

Кон заскучал и опять закрыл глаза.

Внезапно появившаяся в предплечье правой руки боль удивила Лаки.

Над дверью ожил динамик.

— Ибрагим Гамид — на выход!

— Ступай, они ждать не любят. — заметил Радко.

В предплечье словно гвоздь воткнули.

— Нанодетектор, подключился к нерву. У нас у каждого такой. Шевелись, хуже будет.

Когда Лаки добрался до двери рука от боли совсем онемела, и испарина выступила на лбу.

За дверью ухмылялись охранники в броне и с шокерными дубинками. У одного в руке наладонный планшет.

— Ты не торопился, чмо.

— Я — Ибрагим Гамид.

— Видим… ага…

Боль исчезла в одно мгновение.

— Иди вперед, дознаватель по тебе скучает.

К дознавателю Лаки взялись водить каждые пять часов. Рассказывал о своих приключениях, держался первоначальной версии и было не понятно, приняли его рассказы за правду или нет. Не били, не запугивали. Просто ездили по мозгам одними и теми же вопросами. Лаки не выспавшийся и голодный — тупил и скучал. Скучал и дознаватель.

А потом внезапно все закончилось.

Однажды поутру всех парней из ангара, партиями по сорок человек вывели вон.

Лаки был в последней партии. Наблюдал как стремительно пустеет помещение. Многие даже радовались перемене. Надоело все смертельно: допросы, жизнь в тесноте и впроголодь.

— Ну, пошла потеха! — фыркнул Кон, потирая кулаки.

Охранники орали и хлестали дубинками, подгоняя по коридору тех кто не резво двигался. Едва успев глотнуть свежий воздух улицы, Лаки оказался в тесном, душном салоне бронетрака. Люди сидели друг на друге.