Онлайн книга «У нас в Заримании»
|
— Так, ничего особенного. Им до вас далеко. Быстро насытившись, сыновья Герта немедленно испарились из столовой комнаты. Хозяйка унесла посуду на кухню. За столом остались только Герт и Солан. Герт допил из кружки эль, вытер усы рукавом. — Ночь на дворе, Николас. Оставайся у нас. Николай пожал плечами. Он осоловел от еды и эля. После дневных катаний ныли ноги и горело лицо в тепле. Тащится по льду в старый город в темноте не хотелось. Зимний эль ударил в голову. Хотелось усесться в то уютное старое кресло у очага и просто глядеть на огонь, пока поленья не превратятся в серый пепел. — Солан, отведи Николаса в его комнату. — Да, отец. — Доброй ночи, Николас. — И вам того же. Солан с фонарем шла впереди, а Николай за нею. Они поднялись по деревянной лесенке, прошли коридором, вырубленнм в скале и потому довольно прохладным — дыхание с губ стекало облачком пара. Солан отворила дверь, пропустила Николая вперед. В комнате было не холодно, но и не жарко. Окно, узкое, под самым потолком, закрыто ставнями и обросло бахромой инея. Пахло душистыми травами, пучки которых были развешены на деревянных стенах, под потолком. Напротив окна, ближе к стене кровать белеет простынями и пуховиком, которым вместо одеяла любят накрываться в Норведене. Перина снизу, перина сверху. Норведенский бутерброд… Громыхнула щеколда, запирая дверь изнутри. Изнутри?! Поставив фонарь на полку, Солан сняла белый чепчик и распустила волосы по плечам. — А-а? — Ты всегда такой робкий с девушками, Николас? Глаза Солан блестят и кажутся больше чем обычно. Она шагнула вперед и обняла Николая за шею, прижалась к нему животом, бедрами, грудью. Медленно прикрыла глаза, задирая подбородок… — Чья это комната? — Моя… — прошептала Солан. — Ну же… милый… Он поцеловал ее в неожиданно горячие и тугие губы, мгновенно ощутил ответный поцелуй. Руки Николая сами оказались на талии девушки и даже отправились ниже, сминая толстую суконную юбку. Толк в поцелуях дочь оружейника знала. «Что сделает Герт, когда узнает?!» Мыслишка трусливая билась на дне помутненного похотью сознания и Николай ее успешно прогнал, помогая суетливой Солан снимать многочисленные юбки. Под периной оказалось тепло из-за заранее там кем-то размещенной глиняной грелки. Грелку Солан спустила на пол и тут же обвилась вокруг Николая руками и ногами, словно вьюн вокруг тополя. Ее ладошки и ступни оказались ледяными, в отличии от раздвинутых горячих бедер. У нее оказалась удивительно бархатистая нежная кожа на спине и боках, мгновенно покрывшаяся мурашками … 97 ……Кисло пахло блевотиной и ныл желудок. Несчастная и голодная Маша лежала, зарывшись в солому для тепла и ждала появления симптомов отравления: болей, тошноты, судорог. Время текло, но желудок успокоился, а голова прояснилась. «Я вовремя все выкинула? Вот же мразь конченая это земляк!» Думать о своем будущем не хотелось. Ясно же что ничего хорошего… Если дель Вин не возьмет цитадель… нет…лучше об этом не думать! Она уже начала дремать, когда над ямой опять появился свет фонаря. Слуга заглянул через край, посветил фонарем. — Госпожа? Маша сделала вид что умерла. — Госпожа?! Слуга удалился рысью. Опять стало темно. «Пусть только сунутся!» Маша сжала рукоятку меча. Никто не сунулся. |