Онлайн книга «Красные Башмачки»
|
Весенний лес и Тируэль исчезли в один миг. Подснежники на столе в сумрачной комнате по-прежнему зелены и пахучи. «Это был сон или явь?» Девушка сорвала один из цветков и спрятала под подушку. Когда пришла Мета, Лиз узнала от нее что подснежники принесла немая Хеди. Дни шли за днями. В шкафу детская одежда из мягкого полотна заняла целую полку. Лиз сшила рубашку Мете, немой Хеди, даже племяннику Меты, которого в глаза не видела ни разу. Монотонная работа с иглой и нитками отвлекала от печальных мыслей, от ощущения заточенной в тюрьме пленницы. За работой она думала о Марко, о малыше. Перебирала имена. Ни на одном не остановилась. Каждый день для Хеди она оставляла монетку на краю стола. Немая служанка приносила ей свежие цветы из леса, всякие лакомства, видимо уворованные из кладовой. Однажды Хеди не закрыла за собой дверь, унеся поднос с остатками обеда. Лиз заколебалась. Выйти хотелось до дрожи в коленях, но далеко ей не уйти с таким тяжелым животиком. Она выглянула за дверь. Никого. Осторожно держась за перила, спустилась вниз на первый ярус башни. Нести впереди себя живот очень неудобно. Спина болит… В большой комнате также никого не оказалось. Лиз прислушалась. За темной, дубовой дверью разговаривали. Девушка осторожно приложила ухо к двери. — …Будешь переживать, — сказал негромко незнакомый мужчина. — Не буду, — ответила Мета. — Тебе нравится эта девчонка, ты о ней только и болтаешь всеми днями. Ты обо мне так много не болтаешь! Она тебя околдовала что ли? — Придержи язык, юноша! После недолгого молчания мужчина спросил: — Скоро ей рожать? Лиз вздрогнула и навострила уши. — Тебе то какое дело? — Надоело торчать в этой лесной дыре! — Приказ госпожи ты обязан исполнять и помалкивать! — отрезала Мета. — Ты могла взять ее серебро и мы бы уехали. — Куда, глупец? — А хоть бы в Конфландию, через Рир переплыть на лодке и готово! А девке камень на шею и концы в воду. Теперь она раздает деньги которые могли быть нашими! — Не надо грех на душу брать. Она отдает гульдены Хеди, а та — мне. Ничто не пропало. Чего ты брюзжишь как старикашка? — А ты уверена что немая все гульдены тебе отдает? — Уверена. Если бы не я — этой дуре давно бы не жить! Молчание. — Тетушка, ну когда же мы вернемся в Дармштадт? — Когда родиться ребенок. — Я тут с ума сойду от скуки! — Не сойдешь. Госпожа нас щедро наградит, вот увидишь! Лиз отошла от двери и тихонько побрела наверх в свою «камеру». Подниматься оказалось тяжелее чем спускаться. Она закусила губу и преодолела подъем. Ребенок зашевелился. Толкал ножкой. Лиз погладила себя по тугому животу. — Ничего, ничего, мы еще всем покажем! Глава восемнадцатая Всему бывает конец. Даже боли… Боль, терзавшая живот утихла и, сморгнув слезы, потная Лиз с трудом приподняла голову, чтобы увидеть между своих дрожащих голых колен напряженное лицо Меты. — Держись, девочка, еще немного, я уже видела головку. Голова Лиз упала на подушку, мокрую от пота. «Боже, господь мой милостивый! Когда же это закончиться!?» Воды отошли еще утром. За окном уже смеркалось, а Элиза никак не могла разродится. Боль коварная, как палач, уходила, давая отдых, а потом набрасывалась с новой силой. Во время схваток Лиз кричала и металась, только крик не приносил облегчения… |