Книга Да, моя королева! Дилогия, страница 78 – Татьяна Ткачук

— Так ты что – ревнуешь, что ли?!

— Смейся, смейся, заноза! – пробурчал парень, хмуря черные брови.

А Со Хён уже серьезно спросила:

— Так что… я тебе нравлюсь?..

— Ты не можешь не нравиться, юная госпожа! Ты не похожа ни на кого, кого бы я знал… – он провел нежно по ее волосам, скользнул пальцами по нежной щеке и, наклонившись, прикоснулся к губам девушки легким, коротким поцелуем.

Со Хён судорожно вздохнула и отвела в сторону блеснувшие глаза. Кажется, его слова не на шутку задели ее, и парень мысленно уже честил себя во все корки.

— Если ты еще хоть раз попытаешься оскорбить меня, я расцарапаю тебе лицо так, что станешь похож на полосатого кота! – пригрозила она серьезным голосом.

В ответ Юн Хо тихо и очень весело рассмеялся и, притянув сопротивляющуюся девушку к себе, пробормотал ей в самую макушку:

— Не буду и пытаться!..

— Мне пора возвращаться! Как бы матушка не хватилась меня! – обняла она парня, прижавшись щекой к его груди, в которой мощно билось сердце.

— Да-а-а, – дразня, протянул он. – Если мать узнает, с кем ты проводишь свое время – не поздоровится ни тебе, ни мне!

— А ты что, так боишься этого? – не осталась в долгу Со Хён, отстраняясь и поднимая на него карие очи.

— Я боюсь за тебя, глупышка! – шепнул он и поцеловал девушку в темные гладкие волосы.

Она высвободилась из его рук и сказала:

— Мне, правда, надо идти…

— Постой! – шепнул парень и, обхватив пальцами ее лицо, поцеловал еще раз, бесконечно нежно и бережно, так что ноги девушки мгновенно ослабели и, чтобы не упасть, она неосознанно вцепилась в его запястья, окольцевав их тонкими пальчиками.

— Вот теперь идем! Провожу тебя до дома… – и потянул ее за руку из тупичка.

Лера

Они начали тайно встречаться – то в одном неприметном месте, то в другом. Каждый раз маленький мальчишка по имени Кён Су – сын трактирщицы Аран – умудрялся появляться у задней калитки и, назвавшись младшим братиком Ха Юль, просил кого-то из слуг позвать его «сестру». Когда же девушка прибегала к калитке, он тихим шепотом передавал ей на словах послание от Юн Хо для ее молодой госпожи. Жалостливая Ха Юль приносила мальчишке то лепешку, то рисовый пирожок и наказывала быть осторожным. А потом бежала обратно к своей госпоже и так же передавала ей слова разбойника. Только при этом еще и охала каждый раз, боясь, как бы до хозяйки Сун Хын не дошло, чем они с барышней занимаются.

Вечером же, когда некоторым слугам дозволялось выходить из усадьбы, чтобы разойтись по домам, Лера умудрялась, переодевшись в неброскую одежду, накинув на голову чанот*, под видом служанки покинуть поместье.

Чанот* – женская накидка, надевавшаяся на голову и использовавшаяся как плащ с капюшоном.

Она на крыльях летела на свидание с любимым. Для нее стало насущной потребностью видеться с ним, смотреть в его черные глаза, пить его дыхание во время жарких и таких сладких поцелуев, чувствовать его горячие ладони, обнимавшие ее. Они оба горели в этом пламени, забывая обо всем в объятиях друг друга.

Когда же Лера говорила ему, чтобы был осторожен, бывая в городе, Юн Хо отвечал, что никто не видел лица разбойника, а простой парень Юн Хо или молодой чеболь Дан Би – под этим именем он притворялся аристократом – не имеют к этому никакого отношения.