Книга Кольцо с опалом, страница 44 – Марьянна Кей, Карл Хаинс

Библиотека шикарная и в ней много рабочей литературы, меньшая часть развлекательная и учебная. Некоторые экземпляры книг с дарственной надписью.

Еще в комнате было несколько поделок, явно сделанных своими руками. Особенно меня заинтересовал крохотный домик с садом, пришлось внимательно вглядываться, чтобы различить совсем мелкие детали.

— Потрясающе. — Улыбнулся, рассматривая крохотную, не больше рисового зернышка, фигурку эльфа, вышедшего из своего домика и оглядывающегося огород.

Качество столь высоко, что можно было разглядеть отдельные листочки на больших подсолнухах.

Но были заметны и небольшие недочеты. То ручка на двери немного не там, или растения не естественно расположены. Но это лишь добавляло красоты, и законченности.

Сделал вывод, что Марии, в отличие от моей смелой птички, не чуждо рукоделие. Различные полочки были украшены вязаными салфетками. На которых стояли статуэтки разных духов?

— Богов? — Подумал я вслух рассматривая образ глубокого старца с длинными белыми волосами. Он стоял на крохотном камешке, и угрожающе сжимал в руках посох. Закончив осмотр гостинной, я выбрался в коридор.

Летняя жара, даже не смотря на открытый балкон, сюда добралась, создав довольно удушливую атмосферу. Поспешив распахнуть дверь и открыть окно, создал небольшой сквозняк.

Встав в проходе, прикрыл глаза и раскинув руки, попытался поймать то чувство родства с Воздухом.

Тут же кончики пальцев начало сводить судорогой, и волна обжигающей боли прокатилась по телу, задержавшись где-то в груди. От неожиданности, я едва не отшатнулся, но усилием воли заставил себя стоять на месте и все глубже погружаться в медитацию.

Воздух был таким же, как и на родине. Родным. Знакомым. Своевольным.

Он не терпел грубости, закрытых дверей. Рамок. Он молил и стонал, словно звал, приглашая выпорхнуть из этой тесной коробки. Ощутить солоноватый привкус на губах, и подставить лицо ураганным порывам.

Ветер. Моя старый и верный друг. С каким-то воем пролетел по дому Марии, и словно парус раздувал шторы. Он соскучился. Шелестом ветра, хлопаньем ткани, легким перезвоном чего-то металлического с кухни, словно озорной мальчуган тетушки Евы из трактира, он звал гулять в поле. Ловить бабочек.

Мотнув головой, я сжал зубы. Боль, волнами проходящая по телу, норовила ввинтиться куда-то в голову. Из глаз, сами собою текли слезы.

Что-то хлопнуло, и окно закрылось. В тот же миг магия пропала, оставив после себя горькое послевкусие. Тяжело дыша, я сел прямо на пол, прислонившись спиной к стене, и вытер лицо руками.

— Знаешь, я так соскучился. — Тихо прошептали мои губы.

Переждав очередной приступ боли, огнем прокатившийся по моим рукам. Тяжело поднялся, и опираясь руками о стену двинулся в ванную.

Поток ледяной воды ударил в лицо, смывая горькую правду о том, что я в другом мире. Бесконечно далеком и чужом. Все мои родные и близкие остались там, далеко позади. А я здесь, совсем один.

И только друг — ветер, пришедший на помощь, подбодрил, показав что он здесь, всегда ждет. Но в тоже время он иной. Словно троюродный брат.

Приведя себя в порядок, я провел рукой по шее, пытаясь нащупать кулон. В минуты душевных невзгод, он меня часто успокаивал, даря ощущения спокойствия и уверенности.

Проведя рукой по голой груди, хмыкнул, и принялся судорожно вспоминать, где я мог его оставить. И первое же, что пришло в комнату, это помещение ванной.