Книга Стихийница, страница 108 – Марьянна Кей

Вернувшийся огневик протянул странного вида кинжал, который состоял из четырех отдельных тонких плоских пластин, крайние из которых были короче, а средние длиннее. Не задумываясь, я резанула на каждой своей руке средний палец, а потом проделала те же манипуляции с руками девушки.

— Держи ее! — скомандовала я. — Как бы она не вырывалась, не отпускай!

Парень схватил трясущееся тело за худые плечи и с силой прижал к полу. Я же села прямо на ноги, чтобы они ненароком не задели меня.

Притронувшись окровавленными средними пальцами к кончикам ее пальцев, тем самым смешала нашу кровь. Провела по всей длине, потом по ладоням, прочертив кровавые линии, остановилась в месте, где наиболее четко чувствуется движение ее крови.

И тут перед моими зажмуренными глазами предстало страшное зрелище: серая аура поддернута черным игольчатым ободом, а в области рук, туловища, все было просто черное от пронзающих иголок. При пристальном просмотре казалось, будто там все развеивается прямо на глазах. Обернувшись, но, не разрывая контакт рук, увидела, что и в области ступней с аурой такая же ситуация.

Лыр! Это же проклятье! И не простое, а 'Развеянная аура'! И оно уже на втором уровне!

Если мне не хватит резерва, чтобы вытянуть это девочку, оно переберется и на меня. И тут страх за себя отошел на второй план, как и видение ауры. Перед закрытыми глазами стали проноситься исписанные схемами и формулами листы из моей тетради. И дальше все действия проходили по строгому плану, который я выучила наизусть:

1. Закрыть собственную ауру.

Закрылась и дополнительно сплела из одного потока невидимый воздушный щит, который прикрыл бы меня от воздействия проклятья.

2. Нарисовать рядом с телом схему снятия.

Побоялась разрывать контакт и стала прямо на коже рук рисовать схему своей кровью, вливая потихоньку силу Воздуха, чтобы пробраться к основе.

3. Когда перед глазами появится схема основы проклятья, произносить заклинание разрыва.

Перед глазами предстало это жуткое проклятье. Объемное, оно двигалось к области головы, оставляя за собой развеянный след ауры.

— Кри тау храт! Кри тай отр! Кри вад неф! — шептала я, вливая то один, то три потока.

И тут на моих глазах от схемы, начерченной на запястьях, потянулись синие и голубые сгустки, которые рывками направились к проклятью. Оно поглощало их, но ничего не происходило. Я стала еще раз повторять заклинание, чувствуя, что нахожусь на грани. Еще чуть — чуть и переступлю черту, которая разделяет магический и физический резервы. Но прекращать нельзя, иначе она утратит личность, утратит себя…

И тут увидела белое сияние, которое пробивалось сквозь мглу схемы. Свет становился все сильнее, все ярче, обвивая всю ауру водницы. Руки девушки резко взметнулись, направляясь к проклятью, которое из черного становилось серым. Я вовремя их схватила и с силой прижала к полу.

На моих глазах, черные прорехи в ауре стали срастаться, появились цвета, но очень тусклые, размытые, неясные. И я стала ждать, когда они станут такими яркими, какими должны быть у мага, а в конце всего должен проявиться цветной обод, показывая принадлежность стихии. Но его все не было и не было. Но я же разрушила основу! Где он?!

И тут страшная догадка поразила меня. Хотя правильнее сказать, в памяти вспыхнули слова Наставницы по 'Проклятиям аур': второй уровень этого проклятия приводит к утрате магических способностей.