Книга Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви, страница 335 – Лариса Петровичева

— Я хочу идти с тобой по жизни дальше. Пойдем?

И мы пошли.

Свадебная церемония была недолгой. Сотрудница управы прочла небольшую напутственную речь, выражая искреннюю надежду, что мы будем жить долго и счастливо, и мы поставили подписи в свидетельстве о браке.

Когда через четверть часа мы вышли из управы, Энцо спросил:

— Каково чувствовать себя госпожой Саброра?

— Не знаю, – искренне ответила я. – Еще не разобралась. Но мне это нравится!

«Белая цапля» была закрыта на свадебный банкет. Гостей было совсем немного, но все важные и хорошие.

Марун принес огромную корзину с экзотическими фруктами, каких я даже в книгах не видела, и, бросив вопросительный взгляд в сторону Энцо и получив одобрительный кивок, вынул два браслета, сплетенные из пестрых ниток.

— Такие муж и жена надевают на юге, – объяснил он, завязывая браслеты на наших запястьях. От нитей веяло теплом и легким, едва уловимым запахом ландыша. – Чтобы любить друг друга, понимать и заботиться, разделять и сложности, и радости. И чтобы детишек было побольше!

— Мы будем над этим работать, – совершенно серьезно ответил Энцо.

Полицмейстер принес букет цветов и конверт. Передав его Энцо, он признался с искренним смущением:

— Не великий я мастер дарить подарки, так что всегда приношу просто деньги. Никто никогда не скажет: «А они у меня уже есть».

Потом пришел черед Гвидо дарить подарки. Он протянул нам две подвески на цепочках. Я приняла свою. С золотого овала на меня смотрело лицо святой Клары, тихое и ласковое.

— Когда-то они принадлежали вашей матери, господин Энцо, – объяснил Гвидо. – Перед смертью она отдала их мне и просила передать вам в день вашей свадьбы. Это ее подарок… А мой в том, что я по-прежнему буду вашим слугой и другом.

Мы обнялись, и я едва не расплакалась, настолько это было искренне и трогательно.

На кухне что-то хлопнуло, и Лука воскликнул:

— Да не здесь! Мы потом эти конфетти из салатов не вытрясем.

— Можно и здесь, – ответил Сандро, выходя в зал и дергая нитку очередной хлопушки. – Как говорил наш капитан, чем громче, тем веселее!

Они выкатили в зал столик с едой, обменялись с Энцо рукопожатиями, и Лука сказал:

— А от нас – хорошая еда и наша дружба. И еще вот что. – Он протянул Энцо стеклянный цилиндр, в котором я увидела аккуратный столбик золотых монет. – Господин полицмейстер прав, о таком никто не скажет: «У меня это есть».

Мы сели за стол. Хлопнули пробки, освобождая южное шипучее, бокалы наполнились до краев, и начался пир.

И черничные кексы на нем тоже были. Гвидо приготовил их по всем правилам: сладкие, но не до приторности, сочные, но не сырые, с целыми ягодами черники.

Хорошие кексы – это истинное наслаждение, и мы ими наслаждались от всего сердца.

— Вот так. Высыпай осторожно.

Вера аккуратно высыпала стакан муки в яично-сахарную смесь – добрая треть муки при этом все равно оказалась на лице, руках и волосах, но к этому мы давно привыкли. Когда ребенок приходит на кухню, потом надо отмывать и кухню, и ребенка, и себя заодно. Я не имела ничего против. Без шалостей на кухне и их последствий, без пирогов и кексов, без смеха и объятий не бывает хорошего детства. К тому же Вера искренне старалась научиться готовить, и меня это радовало.

У Черничной ведьмы и ее инквизитора родилась дочка, и я знала, что она возьмет самое лучшее от нас обоих. От меня – умение готовить. От Энцо – умение сражаться за то, что считаешь правильным.