Книга Вечная погибель, страница 249 – Тигест Гирма

Сколько Кидан ни думала, она не могла понять странной связи между Джун и Самсоном. Она молилась, чтобы чувства не были романтическими – один образ вызывал тошноту. Но по какой-то причине Джун в нее верила, верила, что Кидан сможет совершить невообразимое и сломать древние артефакты.

Самое меньшее, что она могла сделать, – тоже поверить в Джун.

Кидан подошла к «Землекопам» – ее гнев из-за их плана с Юсефом еще не утих.

Аджоа Пиран пристально посмотрела на нее и спросила:

— Что все это значит?

Кидан глубоко вздохнула.

— Дарик не убивал моих родителей. Его заставила… декан.

Она впервые увидела, как железная женщина дрогнула, чуть пошатнувшись. Ее взгляд затуманился.

Оса Роджит напряженно спросила:

— Ты уверена?

Страх из воспоминаний родителей грозил задушить ее вновь, но она прогнала его.

— Да. Декан хотела уничтожить ваше общество. И именно Дарик удерживал вас вместе.

Михаил Темо выругался, мускулистая рука сжалась в кулак.

— Как она могла?

Кидан позволила им немного обдумать новую информацию. А потом рассказала о Самсоне и мечах.

Кидан понизила голос.

— Если я не смогу их сломать, пусть ваши вампиры будут наготове. Так или иначе, мы покинем этот зал с артефактом.

Аджоа по-прежнему казалась слегка растерянной.

— Вы меня поддержите? – спросила Кидан.

Аджоа моргнула, и ее опасная решимость постепенно вернулась.

— Мы готовы, – сказала она.

Отовсюду слышалось эхо сомнений.

Джун открыла дверь, и появился Самсон Сагад. Он пришел с немногими преданными ему Нефрази. В металлической перчатке лежали два изогнутых клинка. Кидан видела такое оружие в пастях львов Укслея и на портрете богини в комнате с артефактами – они виднелись у нее за спиной, как металлические крылья. И вот, они здесь.

Самсон медленно подошел к ней. Отовсюду послышались вздохи и шепот. Он приподнял подбородок Кидан кончиком одного из холодных клинков.

— Она утверждает, что может сломать этот артефакт, – он обратился к толпе, хотя капризный взгляд был устремлен на нее. – Согласно легенде, как только артефакты-мечи будут сломаны, вампиры смогут пить кровь любого человека и акторам больше не придется убивать, чтобы их кормить.

Татуированная вампирша, которую Кидан видела в тронном зале, презрительно рассмеялась. Явилось не меньше двадцати вампиров, и даже несколько студентов из домов Пиранов и Темо, несогласных с политикой декана.

— И если она не сможет их сломать, я убью ее на месте, – с угрозой произнес Самсон.

Их ненависть схлестнулась, и Кидан еле сдержалась, чтобы не пронзить его мифическими мечами.

Через секунду он протянул ей мечи.

— Я пытался сломать их шестьдесят лет, наследница.

Кидан вздохнула и крепче сжала рукоять. Тяжелые – из чистого, плотного серебра.

Кидан посмотрела на сестру. Джун улыбнулась из глубины зала, ее глаза сверкали.

Слезы? Слишком далеко, чтобы разглядеть, но сестра кивнула – ясно, резко и решительно, – и этого Кидан было достаточно. Джи Кей выглядел серьезным и настороженным. Готовым ко всему.

Она услышала тихий гул, переходящий в чужой язык. Песня на амхарском, глубокая и скорбная.

Чем дольше Кидан держала прославленные мечи, тем отчетливее на гладкой поверхности проявлялись надписи. На этот раз никто не помешал ей их прочитать.

«Пока меч воды остается цел, вампиры могут пить только кровь посвященных акторов».