Книга Дышу тобой, словно воздухом, страница 32 – Диана Валеса, Наргиза Огненная

Лёгкие, почти воздушные поцелуи по животу, а потом медленное и такое методичное их движение всё выше и выше по рёбрам.

Погоди-ка! Стоп! Поцелуи?

Резко распахиваю глаза и темнота, тут же показывается. Я понимаю, что не дома. И с чего я вообще решила, что в своей постели? Оттого что так тепло было? Потому что разомлела и расслабилась?

От моей попытки сесть, в талию буквально впиваются руки и удерживают на месте. А я всё осознав, начинаю яростно вырываться. Но тут меня оглушает грозный рык, от которого бегут липкие мурашки страха по позвоночнику, а потом тяжёлый выдох, будто тому, кто меня удерживает невероятно плохо и он борется с этим.

Да так это явно ощущается, что я замираю, всматриваясь в темноту и впившись в его руки своими. Шумный вдох и выдох. Снова вдох и выдох. Я буквально ощущаю эту борьбу в нём. И не двигаюсь, сама не дышу, лишь продолжаю держать его руки, что всё ещё лежат по обе стороны чуть выше бёдер, ближе к талии.

Не хочу спугнуть его. В какой-то момент, когда это мне кажется, что мы так лежим уже долго. Моего, всё ещё оголённого живота, касается горячая щека и волосы. Он положил свою голову мне на живот. И я ощутила, как дыхание выравнивается, как его руки подо мной стали расслабляться и отпускать плоть. Даже воздух будто разрядился.

И я, наконец, судорожно выдохнула. Это было одновременно мило, будто он сдавался мне на милость и просил прощение. И невероятно пугающе одновременно. Я боялась всё ещё двигаться, не хотела, чтобы снова накалился. От чего-то я решила, что лучше всего просто подстроиться под его размеренное дыхание, что сейчас уже не было таким судорожным и частым. И наоборот помочь ему успокоиться. Показать, что ничего страшного, бывает со всеми. Хотя... мой шок в шоке, потому что так ведь не должно быть. Но лучше пусть спокойный, смирный, немой альфа, чем неконтролирующий себя мужчина.

Похоже, наша близость разбудила в нём зверя. Это я согрелась и уснула, а он... Наверняка, ему сложно было. Возможно, у моего охранника не было давно женщины. А вообще, был ли у астматика кто-нибудь? Ой, лучше не думать сейчас о таком. Успокоился и ладно. Он вроде бы ничего и не делал, хотя мог и уже давно. Иногда альфы могут быть очень жестокими и вспыльчивыми, по своему брату Грэю знаю. Поэтому вот так успокоиться, это дорого стоит. И должен быть невероятный самоконтроль. Поднимаю одну руку и провожу по его волосам, глажу и играюсь ими. Вначале осторожно, будто тигра приручаю, а потом всё смелее. Сама увлекаюсь. Они у него не сильно длинные, но такие приятные на ощупь. И понимаю, что именно эти выбившиеся локоны из чёлки щекотали мою шею. В какой-то момент замечаю, что он не дёргается и дышит ровно. Вот так размеренными движениями и зарываясь в его волосы, мы и остались лежать. Его немного шершавый подбородок и щека, словно горячая печка, грели меня, но в то же время и будоражили изнутри. Но та идиллия, что повисла в воздухе, и мерно вздымающаяся грудь, делали момент особенным. Будто уютным и доверительным. Кажется, очень сильно соскучилась по дому, раз после своеобразных приставаний моего охранника и печки в одном лице, чувствую безопасность. И мне даже нравятся вот такие наши обнимашки, и его тяжесть на моих ногах.