Книга Скованные тьмой. Второй шанс, страница 55 – Екатерина Вострова

— Селеста… беги… — прохрипел я, пытаясь подняться, но ноги не слушались.

Она не двинулась. Я попытался подняться, но ноги тут же подломились. Пентаграмма подо мной разгоралась. Руны ползли по доскам, замыкая круг. В дверях показался Джаспер.

— Здравствуй, дядя. Давно не виделись.

— Зачем тебе все это? — выдохнул я, заставляя себя приподняться, хотя каждое движение отдавалось в груди раскаленной болью. — Я же отказался от трона.

Джаспер в ответ рассмеялся, но в его смехе, на удивление, не было ни злобы, ни торжества.

— Я хотел бы задать тебе тот же вопрос. Зачем ты это сделал?

— О чем ты?

— Ну какой из меня король? — он развел руками, будто сама мысль казалась ему нелепой. — Все знают, что ты гораздо лучше подходишь на это место.

Пока Джаспер говорил, я осторожно проверял удерживающее меня заклинание. Медленно нащупывал края плетения, искал слабую руну или хотя бы малейшую ошибку, которая позволила бы разорвать пентаграмму изнутри.

— Посмотри на себя, дядя, — продолжал он. — Тебя боится все королевство, о твоей силе знают даже за его пределами. Стоит тебе войти в зал, и люди сразу начинают следить за каждым словом. А я что? Наследник с подходящей фамилией, которого однажды посадят на трон только потому, что так положено.

Селеста стояла в углу комнаты, прижимая к груди порезанную руку. Она переводила взгляд с меня на Джаспера и обратно, явно не понимая, можно ли приблизиться или лучше не двигаться вовсе.

— Мне было одиннадцать, когда на нас напали те убийцы, — сказал Джаспер. — Ты ведь помнишь? Они перебили охрану, и я уже решил, что следующим убьют меня. А потом появился ты и расправился с ними раньше, чем кто-то успел сделать еще один шаг.

Он говорил все быстрее, и в голосе впервые проступило настоящее волнение.

— Ты спас меня тогда. Но дело было даже не в этом. Я впервые увидел, какой бывает настоящая сила. После того дня я смотрел на тебя и думал, что однажды ты станешь королем. Кто еще смог бы удержать это государство? Кто заставил бы остальных подчиняться одним своим присутствием? А потом ты отказался от трона. Просто взял и отдал его моему отцу.

Джаспер посмотрел на Селесту, и его лицо на мгновение исказилось.

— А теперь еще и она. Неужели ты действительно отказался от всего ради этой девушки? Ты мог править королевством, а вместо этого начал прятать силу и притворяться слабее, чем есть.

— И поэтому ты заманил меня сюда? — спросил я. — Решил, что после всего этого обычная пентаграмма сможет меня удержать?

Я снова потянулся к рунам, но они не поддавались.

— Очень скоро тьма вырвется сама, Джаспер. И когда это случится, я уже не смогу обещать, что от тебя хоть что-нибудь останется.

Он рассмеялся, но этот смех прозвучал слишком спокойно.

— Я знаю, дядя. В этом и смысл. Ты слишком долго пытался держать ее внутри.

От его слов по спине прошел холод. Я привычно потянулся к тьме, ожидая, что она тут же отзовется, как отзывалась всегда, даже когда я не хотел ее призывать.

Но внутри ничего не шевельнулось.

— Что ты сделал? — спросил я, однако голос предательски сорвался.

Джаспер подошел ближе и опустился на одно колено у края пентаграммы. Он смотрел на меня без злости. В его глазах были жалость и странная нежность, будто это он сейчас пытался меня успокоить.