Книга Мой альфа не такой как все, страница 77 – Элис Карма, Алиса Буланова

шепчу я Юле на ухо, а затем мягко приподнимаю её.

Она смотрит на меня из-под своих длинных ресниц. Её щёки пылают. Мне стоит огромных усилий, чтобы сдержаться и не поцеловать её.

— Ну же, открой рот, — прошу я, касаясь большим пальцем её губ. Юля послушно размыкает губы, продолжая смотреть на меня искушенно. Я ощущаю себя каким-то извращенцем, запихивая ей в рот таблетку. Похоже, что не мне одному происходящее кажется странным, ведь Валентина Сергеевна отворачивается в смятении.

Юля проглатывает таблетку и даже отпивает немного воды. Прохожие вокруг нас настороженно оглядываются. Я же стараюсь не представлять, как мы выглядим со стороны.

Прямо сейчас я сосредоточен только на своей любимой.

Мы находим тихий угол у дальнего прохода, где меньше людей. Мама Юли садится рядом, озабоченно смотрит на дочку, затем на меня.

Как ты узнал, что мы здесь? — спрашивает мама после длительного молчания. Дядя Гера сказал, что вы в отпуск попросились, — отвечаю я.

А тут я уже по запаху феромонов сориентировался.

— Вместе мы сложили всё в единую картину. Альфы... - вздыхает Валентина Сергеевна. Мне правда жаль, что я вспылил вчера, — я отвожу взгляд. Прибереги свои извинения для неё, — отвечает Валентина Сергеевна и кивает на дочку.

Я понимаю, что ничего ещё не кончено. Что как только Юля придёт в себя, нам предстоит серьёзный разговор. Но я готов к нему. Вздыхаю и крепче обнимаю Юлю. Она держит меня за руку, переплетя наши пальцы. Валентина Сергеевна наблюдает за нами какое-то время и вдруг говорит: Думаю, тебе лучше поехать с нами. Надеюсь, тебя не затруднит. Билеты я оплачу. Не затруднит! — отвечаю я без раздумий.

— Я поеду.

Пусть я всё ещё ощущаю напряжение, но я рад возможности помириться с Юлей. Прохожие продолжают осторожно поглядывать на нас. Но в гуле чужих голосов есть только один, что имеет значение. Я крепче сжимаю руку Юли и думаю о том, как не допустить повторения ошибок.

Подавители начинают действовать постепенно. Юля по-прежнему не отпускает меня, но выглядит уже чуть более вменяемой. Её пальцы плотно впились в рукав моей куртки. Мы втроём садимся в электричку. Вагон полупустой. Редкие пассажиры кутаются в шарфы и стараются держать дистанцию. Кто-то спит, кто-то листает ленту в телефоне. Юля, подобно многим, быстро задрёмывает. Валентина Сергеевна, сидящая напротив, внимательно смотрит на Юлю, потом бросает на меня короткий взгляд.

— Ей плохо спалось этой ночью, — говорит она тихо.

Я ощущаю укол вины, хотя почти уверен, что у мамы Юли не было цели поддеть меня. Но я не бегу от мук совести. Я заставил Юлю волноваться. Моя вспышка ревности вчера обернулась для неё болью и разочарованием. Если она захочет после всего снова объявить мне бойкот, я приму его со всем смирением, на которое только способен. Я смотрю на Юлю: её глаза прикрыты, ресницы дрожат во сне. Подавители действуют, но остаточные феромоны ещё витают в воздухе. Я стараюсь маскировать его при помощи своего волчьего запаха. За окном мелькают голые поля, луга с жухлой травой и облетевшие деревья. Серое небо низко нависает над горизонтом. Ветер начинает разносить лёгкие хлопья первого снега. Я на миг представляю, как Юля удивится, когда проснется, и улыбка трогает губы.

Приблизительно через полчаса после отправления я вспоминаю про свою машину. — Я отойду позвонить, — произношу поднимаясь. Валентина Сергеевна кивает. Снимаю куртку и накрываю ей колени Юли, а после ухожу в тамбур. Внезапный холод пробирается под кожу, прогоняя сонливость. Я достаю телефон и набираю номер дяди. — Алло? — слышу привычный уверенный голос. — Ну что, как там у вас дела? Кажется, всё начинает налаживаться, — отвечаю я осторожно. — Я уехал в деревню вместе с Юлей и Валентиной Сергеевной. Просто хотел попросить тебя забрать мою машину с парковки у вокзала. — Хорошо, — произносит дядя коротко. — Позвони позже, когда будешь на месте. Я уже собираюсь завершить вызов, но он вдруг добавляет более серьёзным тоном:- И не создавай проблем Валентине Сергеевне!