Книга Чума для принца, страница 8 – Алиса Пачино

— Будь осторожна, Лиаран. Не всем можно доверять.

Я кивнула, убирая книгу под подушку.

И только потом, много дней спустя, я поняла, что Ника имела в виду.

«Не всем можно доверять».

Но я была слишком слепа, чтобы увидеть правду сразу.

Глава 6. Ночная тренировка

Книга, которую дала Ника, не выходила у меня из головы.

«Серебряный свет — древнейшая форма магии. Он не подчиняется теням. Тот, кто владеет им, может убить носителя тьмы одним касанием».

Я перечитала эту фразу раз десять. Носитель тьмы — это Ксавьер. Его магия — чистая тьма, тени, страх. Значит, если я научусь контролировать свой свет, я смогу…

Что? Убить его?

От этой мысли становилось душно.

Я закрыла книгу и спрятала под подушку. За окном уже давно была ночь, но сон не шёл. Вместо этого в голову лезли обрывки чужой — моей? — памяти.

Алиса. Москва. Кухня.

Я сидела за столом, пила кофе и смотрела в ноутбук. Мурка терлась о ноги, требуя внимания. На экране горела статья: «Феномен литературного переноса: почему читатели вживаются в роли героев?».

Я усмехнулась и пролистала дальше. Глупости. Какая чушь.

А потом экран погас.

Вспышка. Белая, ослепительная, живая.

Боль в груди — будто кто-то вырывает мою душу из тела.

И тишина.

Абсолютная, давящая тишина.

А потом — холодный камень под щекой, запах крови и серы, и голос Ксавьера: «Жива. Жаль»

Я села на кровати, хватая ртом воздух.

Это было не сновидение. Это было воспоминание. Настоящее, моё, Алисино.

Значит, я не просто «оказалась» в теле Лиаран. Меня перенесли. Насильно. Кто-то сделал это со мной.

Вопрос — кто и зачем?

Ответа не было.

Только тишина и холодный пот на спине.

В дверь постучали.

— Лиаран, — голос Ксавьера. Тихий, но требовательный. — Выходи.

Я накинула плащ и открыла дверь.

Он стоял в тени, белые волосы светились в лунном свете, падающем из окна. Глаза — золотые, тяжёлые — смотрели на меня так, будто он пытался прочитать мои мысли.

— Ты не спишь, — сказал он. Не вопрос, констатация.

— Ты тоже.

— Пойдём. — Он развернулся и пошёл по коридору, не проверяя, иду ли я следом.

Я пошла.

Полигон ночью выглядел иначе.

Без кристаллов и студентов он казался древним, опасным, живым. Руны на полу тускло мерцали синим, а стены отражали каждый шорох, умножая его в десять раз.

— Ты слаба, — сказал Ксавьер, выходя в центр. — Твоя магия не слушается тебя. Ты не умеешь защищаться. Если завтра на тебя нападут по-настоящему, ты умрёшь.

— Ты поэтому привёл меня сюда? Чтобы сказать мне это?

— Я привёл тебя сюда, чтобы научить. — Он скинул плащ, оставшись в одной чёрной рубашке. — Ты будешь атаковать. Я буду защищаться.

— У меня не получается.

— Получится. — Он сделал шаг вперёд. — Закрой глаза.

Я замерла.

— Что?

— Закрой глаза, Чума. Ты слишком много думаешь. Твоя магия не в голове. Она здесь. — Он коснулся пальцем моей груди, прямо туда, где билось сердце. — Чувствуешь?

Я чувствовала. Его палец обжигал даже через ткань. Жар разливался по телу, поднимался к горлу, заставлял сердце биться быстрее.

— Дыши, — сказал он. — Не думай о ненависти. Не думай о мести. Думай о том, что ты хочешь защитить.

— Я хочу защитить… — голос сорвался. — Я не знаю.

— Защити себя. — Его голос стал тише, почти шёпотом. — Защити ту девушку, которая проснулась в подвале и не сломалась. Она заслужила жить.