Книга Медея, страница 52 – Ли Литвиненко

— Себе в пару, – Цер зачерпнул щи с крупным куском мяса и подул.

Медея повернулась к подруге.

— Видимо хочет с тобой встречаться, – неуверенно пояснила взволнованной девушке.

— Почему встречаться? – Церус собиравшийся уже положить ложку с едой в рот, остановился. – Жить!

— Жить, в смысле жи-же-жениться? – заикаясь уточнила Агафья и посмотрела сначала на оборотня, а потом на Медею.

— Кажется так, – пожала плечами кухарка. – Очень шустрый народ эти оборотни.

— А что? – Церус не понял хвалят их или осуждают. – Вполне нормальное поведение. А то зазеваешься и останешься ни с чем.

— Тоже верно, – кивнула Берта.

— И никто не заставляет. Если не понравится гони прочь, – обратился Церус ко всем сразу.

— Ага, – прошептала Агафье соседка Зоя. – гони и останешься без мужчины.

— А что там было про красные ягоды? – напомнила Виродара.– Не о смородине ли ты спрашивал?

— О смородине, – оборотень внимательно посмотрел на девушку.

— У меня смородина. Красная.

— Хорошо, – кивнул Церус. А она милая. Светлые волосы, карие глаза как у напуганного оленя и видно, что не склочная. Ишь, как потупила взгляд.

Медея, видя, как внимательно разглядывает сестру оборотень, недовольно толкнула его локтем в бок. Нечего пялится, смущает девушку.

— Тебя выбрал Марион, – Церус расценил нападение как признак ревности и довольно улыбнулся.

— Марион, – растерянно повторила Вирода.

— Он хороший, умный, – Церус скривил губы, вспоминая его выдумку с Медеей.

— А васильки? – Зоя и остальные девушки не ели. Они смотрели на оборотня, жадно поглощавшего еду.

Смотрели с надеждой. Неужели у них появились ухажеры? Настоящие! У всех! Или нет? Сколько их там, в замке? И все ли такие красавцы как этот?

— Васильки Сардера, – понимающе улыбнулся Церус и отложив ложку стал перечислять старательно заученный список. – Ромашки – Сфелера, Вардер выбрал тюльпан.

— Розовый тюльпан, – радостно вздохнула Талигна.

— Гердер взял нарцисс, Кохалонг – гвоздики, – говоря Церус загибал пальцы на руках. Перечислив всех, кого вспомнил, оглядел девушек. Кажется, назвал всех. Человечки радостные и возбужденные повторяли имена своих кавалеров и довольно хихикали.

— А с подсолнухом? – обычно суровый вид Берты как будто сдулся. Она сидела растерянная и нервно вертела в руках ложку.

Церус задумался, перебирая в голове всё сказанное Марионом.

— Нет, с подсолнухом не было.

Берта всхлипнула, губы несчастной дернулись. Она готова была вот-вот разрыдаться.

— Странно, – прошептала Зоя глядя на Берту. – Это совсем не похоже на неё. Плакать из-за мужчины? – Характер у всеми признанного лидера был несгибаемый.

Видя такую реакцию, Церус ещё раз перебрал в голове всех братьев. Пересчитал по пальцам. Не могло так быть, что девушка осталась невыбранной. Оборотней больше.

— А! Вспомнил! – радостно воскликнул оборотень и хлопнул себя ладонью полбу. – Аксинит! Вот кого не назвал. Только у его пары, шляпа с желтым колесом.

Берта резко опустила голову на руки, сложенные на коленях и горько зарыдала.

— Ну, я же тебе говорила, – желая успокоить подругу Зоя гладила её по спине. – Что лепесточки нужно вышивать подлиннее, – тон был сочувственный, но наполненный нравоучительными нотками.

На неё зацыкали со всех сторон. Девушки осуждающе зыркали на Зою своими глазищами и качали головами. Нашла время для поучительных лекций. Рядом села Медея, провела ладонью по голове плачущей Берты, поправила её тяжёлые косы.