Книга Избранная, страница 71 – Василиса Мельницкая

Не нравилось то, что в подвал меня вели, не завязав глаза. То есть, отпускать не собирались. Интересно, Разумовского заставят взять меня силой?

Я вдруг поняла, что не осуждаю князя за то, что он пропал. Он не заманивал меня в ловушку, в этом нет никакого смысла. Скорее всего, его куда-то позвали, чтобы я осталась одна.

Забавно. Я была уверена, что сражаться придется с Разумовским. И как бы мне не пришлось его спасать. Хотя он им тоже нужен, сами же сказали.

Потайным коридором мы подошли к лестнице, спустились в подвал, и Эйс открыл проход в стене, подтверждая мою догадку. Он так и не избавился от невидимости, поэтому дверь появилась как бы сама собой.

Почему он прячется? Эйс — странное имя. Я его знаю? Или причина в ином?

Длинный коридор вел вглубь горы. Гвардейцы несли зажженные факелы, и огонь горел ярко, значит, коридор вентилировался. Матвей и еще один гвардеец вели под руки императрицу. Надеюсь, у Матвея есть маяк, по которому нас смогут найти. Дверь можно открыть направленным взрывом, если знать, где она.

А вот и жертвенный зал. Помещение без окон, освещенное факелами и свечами. Они везде — на стенах, на полках, на полу. Треск пламени, запах гари. Стены каменные, потолка не видно, а пол земляной. Посередине — каменный стол. Алтарь. Где-то я уже это видела. Ах, да… Человек, что держал в руках коробок Разумовского, определенно тут побывал.

— Эйс, мне нужно мое кольцо, — капризно произнесла Амалия Брониславовна.

— Оно никуда от нас не денется, куколка, — ответили ей. — Но, если настаиваешь… Эй, ты! Тот, что справа. Отруби ей кисть. Инструменты в ящике, выбери что-нибудь подходящее. Чего застыл? Иди!

Эйс обращался к Матвею. Тот невозмутимо отправился в указанном направлении. Не знаю, было ли то предвидение или я хорошо знала брата, но последующие события вдруг представились мне очень четко. Матвей выберет что-нибудь тяжелое, рубящее или режущее, и нападет на Эйса, одновременно уничтожая его невидимость. С некоторых пор я не забывала, что Матвей — сильный маг. Значит, в этот момент должна ударить и я, по разуму Эйса. Освобожденные гвардейцы помогут справиться с Амалией Брониславовной, если она захочет повоевать.

Чтобы представить это, хватило секунды. В следующую Матвей выхватил из ящика секиру. Я отшвырнула держащих меня гвардейцев. Простите, парни, иначе никак! И бросилась туда, где стоял Эйс. Одолеет его Матвей или нет, мне нужна кровь этого ведьмака. Одновременно я ударила его ментально.

— Держите их! — завизжала Амалия Брониславовна.

Мне не удалось сразу пробить защиту Эйса, но контроль над гвардейцами он потерял. Поэтому никто не спешил «держать» нас с Матвеем. Парни в недоумении трясли головами, осознавая, где находятся.

Секира увязла в воздушном щите. Я усилила ментальное давление, призывая силу ведьмы. В этот момент Матвей в клочья разнес невидимость Эйса.

Я помнила уроки Разумовского. В момент ментальной атаки самый простой способ сбить противника с толку — ошеломить его. Поэтому я была готова к тому, что увижу кого угодно — мать, Александра Ивановича, Саву. Эйс принял облик Бориса Васильевича Морозова, нашего с Матвеем дедушки.

Матвей опустил секиру. Узнал? Когда они успели встретиться? Впрочем, меня долго не было в Кисловодске.

Я почти взломала ментальный щит, когда Эйс просипел знакомым голосом: