Книга Брошенная невеста морского дракона. Хозяйка Штормового приюта, страница 41 – Юлий Люцифер

— Я подозреваю любого, кто знал маршрут «Северной звезды» и мог попасть на остров.

— На корабле сорок человек.

— Поэтому расследование займет время.

— А если человек, повредивший знак, живет на Кайрне?

— Тогда он уже знает, что система снова работает.

Я посмотрела в сторону кухни, откуда доносились голоса островитян и спасенных моряков.

Еще утром жители были для меня почти незнакомцами.

Теперь среди них мог находиться человек, который сознательно направлял корабли к рифам.

— Решетку охраняют? — спросила я.

— Двое моих и двое ваших людей.

— Ключ?

— Ваш замок установит Торен утром. До этого дверь заперта временным засовом, а проход контролируется постоянно.

— Хорошо.

Риан сделал шаг к лестнице, но остановился.

— Леди Вальмер.

— Да?

— Сегодня вы спасли людей.

Я не ожидала признания после всех его обвинений.

— Не одна.

— Я знаю. Но без сигналов мы могли не успеть.

— Это означает, что вы больше не считаете решение безрассудным?

— Означает, что безрассудное решение оказалось полезным.

— Очень щедрая похвала.

— Другой не будет.

— Тогда постараюсь ее запомнить.

Он поднялся на второй этаж.

Я осталась возле лестницы с неприятным ощущением, что наш спор был только началом.

Риан Керрест не собирался захватывать остров ради выгоды. Он действительно хотел защитить людей и морские пути.

Но он привык решать, какая опасность допустима и кто имеет право в ней участвовать.

А я только что покинула мужчину, который тоже считал свои решения формой защиты.

Разница между ними существовала.

Риан слушал возражения. Менял приказ, когда понимал, что зашел слишком далеко. Признавал чужой вклад и собственный риск.

Но доверять этой разнице было рано.

Я открыла расходную книгу на последней странице и добавила новую запись:

Первое судно принято в бухте. Плата не взималась: спасательная операция. Использовано продовольствие корабля, дрова гостиницы, двадцать три свечи, четыре меры лампового масла.

Ниже записала:

Обнаружено свежее повреждение северного приливного знака. Причина — намеренное воздействие инструментом.

Чернила еще не высохли, когда снаружи раздались шаги охраны.

Под гостиницей находился Камень, способный вернуть безопасный путь.

Возле острова появился корабль с ложной картой.

А единственный знак, который помог ему не разбиться, кто-то пытался уничтожить за несколько дней до моего приезда.

Кайрн не был заброшен.

За ним следили.

К утру шторм ушел на юг, оставив после себя низкие облака, разбросанные по двору ветки и сорванную с крыши парусину.

Я проснулась от грохота над головой.

Первой мыслью было, что перекрытие наконец не выдержало. Я резко села, ударилась плечом о стену и несколько секунд пыталась понять, где нахожусь.

Комната возле кухни.

Кайрн.

Штормовой приют.

Отказ Лоркана не оказался тяжелым сном, а под гостиницей действительно существовал Камень приливов.

Грохот повторился. На этот раз вместе с мужским голосом:

— Держи край! Если отпустишь, полетит в море!

На крыше уже работали.

Я опустила ноги на пол. Голова не кружилась, но в теле осталась слабость, словно я накануне не стояла у панели несколько секунд, а весь день разгружала корабль. Серебристая линия на ладони почти не светилась. Онемения не было.

Я оделась в темно-серое шерстяное платье, которое не жалко было испачкать, собрала волосы и вышла в коридор.