Книга Воскресшая жена младшего принца, страница 88 – Наталья Смеречинская

Получилось, подозреваю, отвратительно.

— Размечтался, — выдавила я наконец, когда смогла снова дышать. — Ваше высочество.

Теодор улыбнулся шире. Так, будто именно этого ответа и ждал.

— То есть она действительно там?

Я замерла. Проклятье. Чертов чешуйчатый провокатор!

— Не твое дело, — огрызнулась я, насупившись.

— Ну почему же? — Дракон невинно пожал плечами. — Еще как мое.

Он взмахнул рукой, приказывая всем выйти. Слуги и охрана низко поклонились и поспешили покинуть шатер, оставляя нас наедине.

Стоило всем лишним покинуть шатер, как Теодор расстегнул ворот еще шире, открывая не только шею, но и часть идеально накачанной груди. Его пальцы легко провели по татуировке, и я вдруг почувствовала странное тепло в том месте, где располагалась моя.

— Видишь ли, любовь моя, — обратился он именно тем тоном и с тем самым выражением, которое бесило меня больше всего, — это не просто татуировка. Это брачная метка драконов. Мы женаты и связаны покрепче всяких земных уз.

Его слова не просто огорошили меня — они выбили землю у меня из-под ног. Если бы я не сидела... то, пожалуй, уже лежала бы.

— Как? — каркнула я мгновенно охрипшим голосом.

Не то чтобы я не ожидала, что Теодор попытается затащить меня в «нерушимые» узы брака. Но вот так?! Без моего ведома! Даже без простых клятв, произнесенных вслух... До этого момента я питала маленькую иллюзию, что от меня в этом вопросе хоть что-то зависит.

Ну, по крайней мере, я буду отнекиваться максимально долго! И тут он произносит это страшное слово: «женаты».

И как он сказал? Покрепче всяких земных уз?!

— Магия, — пожал плечами Теодор, будто это не значило ровным счетом ничего. — Драконья магия поженила нас еще тогда, в зале предков. Просто печать проявилась немного позже. Если точнее — сегодня ночью. Она дает всем понять, что ты принадлежишь мне, а я — тебе. И теперь осталась только самая приятная часть — завершить наш брак, как и полагается супругам. Как насчет брачной ночи, крошка?

И у него хватило совести игриво мне подмигнуть.

Я ничего не сказала. Молча взяла со стола небольшую серебряную соусницу и взвесила ее в руках.

Я последую твоему совету, Теодор, и буду предельно осторожна.

В следующие полчаса из прекрасного, экзотического шатра, приготовленного младшим принцем для своей избранницы, доносились шум, звон разбитой посуды и периодическое: «Ай!»

Две тени метались за полупрозрачными стенами, а слуги и охрана стояли снаружи, старательно делая вид, что ничего не происходит.

Только самый молодой лакей, бледный как смерть, не выдержал и тихо спросил:

— Может, позвать лекаря?

— Лучше плотника, — мрачно ответил старший слуга и даже бровью не повел. — Сдается мне, лекарь его высочеству уже не понадобится.

Прошло много времени, прежде чем я успокоилась. Еще больше — прежде чем смогла вычесать все осколки и остатки еды из прически, а также принять ванну и переодеться.

Теодор позорно сбежал, мотивируя это тем, что я «немного расстроена», и пообещал вернуться позже, чтобы загладить вину.

«Немного расстроенная» я разбила об него всю посуду, забросала едой и даже перевернула кое-какую мебель в шатре. Ту, которую смогла сдвинуть.

Дракон порывался помочь мне с той, которую я сдвинуть не смогла, но я возмущенно отвергла его попытки.