Книга Чун Цзы. Книга 2, страница 114 – Шу Кэ

Дочь Демона кошмаров несколько десятков лет жила в школе Наньхуа. Мир бессмертных был потрясен. Прошло совсем немного времени, и до них дошла еще более шокирующая новость: преступница школы Наньхуа сбежала из Ледяной тюрьмы, что находилась в горах Куньлунь! Всякий, кто слышал это известие, застывал на месте, ошарашенно глядя на собеседника.

Первым человеком за всю историю, кому удалось сбежать из Ледяной тюрьмы, оказалась двадцатилетняя девушка. К счастью, атакованные во время побега ученики школы Куньлунь были лишь оглушены: не было ни смертей, ни тяжких ранений. Это говорило о том, что в сердце девушки не было зла, однако ее темный дух, не рассеявшийся даже после перерождения, крайне опасен. Нельзя допустить, чтобы демонический дворец Девяти глубин нашел ее первым.

Обсуждая произошедшее, все сходились на том, что как бы то ни было, но ученица почтенного Чунхуа действительно выдающаяся личность. Через три дня Ло Иньфань разослал по школам бессмертных приказ схватить преступницу.

Но девушка исчезла. Словно испарилась с лица земли.

С вершины горы, поросшей лесом, текла чистая речка. Берега ее утопали в зарослях бамбука. Среди бамбуковых стволов скрывался маленький дом с соломенной крышей. Его трудно было увидеть, если не присматриваться.

По реке плыла небольшая лодка, в которой сидела девушка в свободных белых одеяниях. В руках она держала бамбуковую корзину для лекарств, наполненную травами. Ее длинные волосы были распущены, а кожа выглядела ужасно бледной и грубой, со следами обморожения. Только глаза феникса сияли на худом изможденном лице.

Лодка причалила к берегу, девушка с трудом встала и вышла, придерживая корзину. Хромота выдавала в ней калеку.

Комната была плохо освещена. Молодой человек лет пятнадцати-шестнадцати, лежащий на кровати, увидел, что она вошла, и тут же приподнялся.

— Сестра, ты вернулась? – выдавил он улыбку.

— Угу, – пробормотала девушка.

Поставив корзину, она подошла к печи, налила лекарство в миску и протянула юноше.

Молодой человек помедлил, но все же взял снадобье, выпил его и украдкой взглянул на нее.

Девушка улыбнулась, словно прочитав его мысли.

— Не спеши. Сможешь уйти через пару дней, когда заживут раны.

Юноша смутился:

— Я благодарен за помощь, сестра. Я даже не знаю твоего имени. Когда-нибудь обязательно…

— Твое спасение было всего лишь совпадением. Не принимай близко к сердцу, – равнодушно перебила его девушка. – Я привыкла к тишине и не люблю, когда меня кто-то беспокоит. Надеюсь, когда уйдешь, никому не расскажешь обо мне.

— Не волнуйся, сестра, – поспешно заверил юноша. – Буду нем как рыба.

Девушка кивнула и вышла.

Зеленый бамбук тихо шелестел на ветру. Белые и серо-голубые камни, омываемые прозрачной водой, казались необыкновенно яркими и красивыми. Розовые лепестки персика, гонимые с верховья реки, трепетали на ветру.

Жизнь в горах безмятежна. Присядешь, а уже стемнело, моргнешь – прошло несколько дней.

Чун Цзы сидела на берегу, глядя на небо. Солнце уже зашло, поднялся тонкий молодой полумесяц, и несколько звезд уже засияли в отдалении.

Но посоха Сияния звезд нет рядом. Чун Цзы опустила голову, набралась мужества и медленно подняла широкий рукав, обнажая ужасную левую руку. Она была сломана в нескольких местах и неправильно срослась. Изуродованная настолько, что сама Чун Цзы не могла смотреть на нее без омерзения.