Книга Чун Цзы. Книга 2, страница 214 – Шу Кэ

— Ты достойна быть дочерью Ни Луня. Никто не смеет недооценивать тебя.

— Не говори о Ни Луне, я никогда не видела его и не помню. Как вообще могу называть его своим отцом? – Чун Цзы натянуто усмехнулась и посмотрела на повелителя демонов. – Это ты каждую ночь дурманишь мой разум демонической ци, отчего в последнее время я так странно себя веду.

Ван Юэ не стал отрицать:

— Демонам не нужны чувства.

— Чего ты хочешь добиться?

— Просто желаю, чтобы повелительница своей кровью призвала орды демонов Пустых небес и передала их мне. Об остальном я позабочусь сам.

Чун Цзы улыбнулась.

— Если они станут подчиняться тебе, буду ли я тогда тебе нужна?

— Клянусь Владыкой демонов, – улыбнулся в ответ Ван Юэ. – Моя повелительница, я лишь хочу помочь тебе добиться успеха и не собираюсь причинять вред.

Чун Цзы молчала.

— Никто в мире демонов не осмелится нарушить клятву, данную Владыке демонов. Ты веришь?

Девушка колебалась.

— Мне любопытно. Все дороги в мире людей контролируются бессмертными. Как ты собираешься атаковать школу Наньхуа?

— Пока не могу рассказать.

— Это заставляет задуматься.

Вернувшись в главный зал, Чун Цзы обнаружила, что кроме Угасшей лотосовой сутры, охраняющего дверь, здесь сейчас находился и Нечистый феникс. Оказалось, что его прислал Ван Юэ. Измученная ранами Чун Цзы опустилась на кушетку и заснула. Она не знала, сколько прошло времени, но, когда в первый раз открыла глаза, снаружи зала была ночь, так же как и во второй раз, и в третий.

Девушка чувствовала себя подавленной. Сев на кушетке, она позвала Угасшую лотосовую сутру и Нечистого феникса, потому что не знала, чем еще заняться.

— О чем вы говорили между собой?

Они переглянулись, и Угасшая лотосовая сутра сказал, сжав кулаки:

— Повелительница, мы удивлены тем, что вы до сих пор не сняли печать с жетона Верховного демона.

Чун Цзы жестом велела продолжать. Видя, что ее выражение лица не изменилось, Угасшая лотосовая сутра объяснил:

— Если повелительница снимет печать и призовет демоническую орду Пустых небес, мы сможет атаковать школу Наньхуа и разрушить Монумент Шести миров. Так мы станем хозяевами мира.

— Вы так хотите, чтобы все шесть миров встали на демонический путь?

— Будучи демоном, неужели повелительница этого не хочет? – Лицо Угасшей лотосовой сутры просияло.

— Разве ты не буддийский монах? Неужели можешь с такой легкостью нападать и убивать?

Угасшая лотосовая сутра от души рассмеялся:

— Монах, в чьем сердце угас Будда. Я давно покинул школу Западного буддизма, теперь меня не волнуют мелочные правила и ограничения.

Чун Цзы заинтересованно приподнялась.

— А почему покинул?

Угасшей лотосовой сутре явно не хотелось вспоминать прошлое, однако он не осмелился противиться повелительнице. Он уже открыл рот, чтобы рассказать, но стоящий рядом Нечистый феникс опередил его:

— Повелительница не знает, но второй страж магии изначально принадлежал к народу демонов. Пересекая Южное море, он однажды совершил неблаговидный поступок, и его отправили к бодхисатве. Несколько дней он слушал Будду, а затем снова взбунтовался и сбежал.

— Странно, – вдруг пришло Чун Цзы в голову, – бессмертные так обеспокоены тем, что происходит сейчас в мире демонов, почему же буддистскую школу это как будто совсем не волнует?