Книга «Я пригласить хочу на танец Вас…», страница 10 – Галина Воскресенская

— Нет-нет, матушка Ме, он только глянул и отвернулся, – соврала испуганная Найфел.

— Слава Великому Богу Ра, что отвернулся. Больше не ходи туда.

— Матушка Ме, но ведь Великий Нил разольётся, всё затопит, и тогда, через два дня из дома почти не выйти, нашу деревню почти всю затопит.

— Так и быть, – матушка Ме сжалилась, – сходи один раз. – Но, если увидишь того богатого и знатного – беги сразу же, чтобы не видел он тебя никогда. Слышишь?

— Да, – тихо ответила Найфел, спрятав глаза.

Глава 6

Ещё два дня оставалось до разлива Великого Нила. Как было условлено, лишь взошло Светлое Солнце Ра, влюблённые Найфел и Ленхатеп уже со всех ног, рискуя с размаха упасть, мчались друг к другу. Только ветер мог мчаться быстрее. И так же с размаха бросились к друг к другу в объятья. От разлуки длиною в целый день у каждого подкашивались ноги, и оба еле-еле держались на ногах, чтобы не упасть в обморок: в глазах было темно.

Первым пришёл в себя Ленхатеп:

— Ах, голубка моя милая, радость глаз моих, Найфел, как я счастлив, что снова вижу тебя! Как я тосковал целый день!! А ты вспоминала меня?

Найфел ответила не сразу – она была ещё почти в полуобмороке:

— Зачем ты спрашиваешь, мой любимый? Матушка Ме, не хотела отпускать меня, я едва дождалась утра.

— Если бы ты не пришла – я бы умер…

Губы их слились в страстном горячем поцелуе. И сразу же вслед за этим, уже не извиняясь и не спрашивая, Ленхатеп овладел юным телом своей любимой. Она уже не сопротивлялась, не плакала, а наслаждалась и блаженствовала, оба были на пике счастья.

— Найфел, радость очей моих, – сказал Ленхатеп, когда оба, как говорят, спустились с небес, – мы же хотели сегодня пойти к моему доброму другу Али Шукри, он ждёт нас.

— Конечно, пойдём, любимый.

И оба отправились в деревню, где жил Али Шукри.

— О-о! Кто пришёл! – обрадовался Али, увидев Ленхатепа с юной нимфой. – Я ожидал, что вы придёте. Через день Великий Нил разольётся, деревня станет островом, и сюда добраться можно будет только на лодке. Правда, я уже смастерил лодку и смогу добираться до берега, когда захочу.

— Ты просто чудо, Али, – похвалил друга Ленхатеп.

— А это и есть та юная нимфа, о которой ты мне говорил? – Али с восхищением смотрел на покрасневшую Найфел.

— Да, Али, да, это моя Найфел, моя жизнь, счастье, моя радость! Мы страстно полюбили друг друга. Великие Боги соединили нас, мы никогда не расстанемся!

— Я очень рад за тебя, Ленхатеп! Твоя Найфел так хороша, что на неё нельзя наглядеться, ты был прав, что она как утренняя заря.

И Али Шукри обратился к Найфел:

— У тебя светлая кожа. Ты из ливийцев?

Найфел ещё сильнее зарделась, опустила голову, ответила:

— Да, мои предки были из Ливии, берберской ветви.

— Понятно, – ответил Али Шукри и обратился к другу. – Ленхатеп, а ты рассказал о Найфел своим родителям? Ты уже говорил с ними?

Ленхатеп опустил голову и, замявшись, сказал:

— Да пока… пока нет. Пока не получилось… Но сегодня или завтра обязательно расскажу, и, конечно, они поймут меня, я знаю.

— Ну, удачи тебе, друг. – Али пожал Ленхатепу руку и пригласил гостей к столу:

— Садитесь, гости дорогие. Будем праздновать Вашу радость, знакомство и любовь. У меня есть пиво и лепёшки. Будете пиво и лепёшки?

Гости согласились, хоть Найфел добавила: