Книга Барабаны осени, страница 490 – Диана Гэблдон

— Вы намекаете, что он… Он ведь судья!

Брианна и сама сообразила, как это глупо, и поспешно зажала рот ладонью. Лорд Джон рассмеялся, хоть и довольно горько.

— Тем более. Вы совершенно правы, он мог выбрать любую девушку. Раз он этого не сделал… — Грей деликатно замолчал, потом насмешливым жестом поднял стакан. — Думаю, миссис Элдердайс сочла, что ваш брак с ее сыном исполнит ее мечту и наконец-таки обеспечит ей столь желанного внука.

— Проклятье! — Куда ни ступи, повсюду ловушки! — Что бы я ни делала, все напрасно. Я обречена. Меня выдадут замуж, хочу я того или нет!

— Позвольте в этом усомниться, — одними губами улыбнулся лорд Джон. — Как я вижу, вы унаследовали прямоту матери и отцовское чувство чести. Этого хватит, чтобы уберечь вас от западни.

— Не говорите мне об отцовской чести! — резко ответила Брианна. — Именно из-за него все и случилось.

Лорд Джон саркастично уставился на ее живот.

— Да неужели?! — с нарочито потрясенным видом воскликнул он.

У Брианны жарко запылали щеки.

— Вы прекрасно поняли, о чем я!

— Прощу прощения, мисс Фрейзер. — Он спрятал улыбку за стаканом. — Так о чем вы?

Чтобы скрыть смущение, она сделала большой глоток чаю, и теплая жидкость приятно согрела грудь.

— Я о том, что здесь происходит, — процедила она сквозь зубы. — Что меня выставляют на торги, как жеребую кобылу. Таскают за шкирку, как бездомного котенка — вдруг кто-нибудь да приютит? Что меня… меня все бросили совершенно одну.

На последней фразе голос предательски дрогнул.

— А почему вы одна? — мягко спросил лорд Джон. — Ваша мать вполне могла бы…

— Она хотела. Я ей запретила. Потому что она должна… то есть он должен… А-а, как же все чертовски запуталось!

Брианна уронила голову на сложенные руки. Она не плакала, но слезы уже подкатывали к глазам.

— Понятно. — Грей поставил стакан на поднос. — Уже поздно, а вам, дорогая мисс Фрейзер, не сочтите за грубость, надо отдохнуть.

Он поднялся и положил руку ей на плечо — чисто дружеским жестом, отнюдь не снисходительным, как это делают многие мужчины.

— Раз в моей поездке в Уилмингтон отпала надобность, пожалуй, я приму любезное приглашение вашей тетушки и немного задержусь. Поговорим позже, вдруг вашу беду можно как-то облегчить.

Стульчак для ночного горшка был великолепен. Из лесного ореха, сплошь покрытого резьбой, он идеально сочетал изящество и практичность, что особенно радовало в такие дождливые и холодные ночи. В темноте, изредка подсвечиваемой молниями, Брианна нащупала крышку, села и довольно выдохнула, когда давление в мочевом пузыре ослабло.

Обрадовавшись, что места стало больше, ребенок пару раз лениво кувыркнулся, отчего по животу под мягкой фланелевой рубашкой пробежала рябь. Брианна медленно встала — последние дни она все делала медленно, будто пребывая в приятной полудреме.

Возле смятой постели она остановилась, глядя в окно на пики гор и мокрые деревья. Стекло под рукой было ледяным, на горных вершинах пузатились черные тучи, утробно рыча громом. Снег уже не шел, но ночь казалась до мерзости противной.

Каково сейчас там, в горах? Успели ли они добраться до деревни? Нашли ли Роджера? Брианна вздрогнула, хотя в камине горели угли и в комнате было тепло. Постель манила к себе, обещая уют и, может быть, сны, позволявшие ненадолго сбежать от вечного страха.