Книга Барабаны осени, страница 535 – Диана Гэблдон

Я и забыла, что она, в отличие от меня, весной его не видела, а наш молодой профессор сильно изменился за последний год.

Роджер шагнул к ней — она невольно попятилась. Он замер, глядя на надрывающегося от плача младенца. Брианна села на низкий стул, рукой прикрывая ребенка, натянула шаль на плечо и под ней дала сыну грудь. Тот сразу же замолк.

Джейми встал возле Брианны, пугающе расправив плечи и не говоря ни слова. Напряжение нарастало, будто у фитиля динамитной шашки держали зажженную спичку.

Брианна переводила взгляд с Роджера на отца: она тоже ощущала назревающую опасность, которая исходила от обоих мужчин. Никогда прежде я не замечала между ними сходства; да и сейчас они отличались как день и ночь, пламя и тьма… И в то же время что-то их объединяло.

Верно, они оба Маккензи. Викинги, лютые воины-завоеватели… Наследие древнего клана отражалось и в глазах Брианны, яростно сверкавших на побледневшем лице.

Надо было сказать что-нибудь, нарушить жуткое молчание. Однако во рту у меня пересохло, да и слова на ум не шли.

Роджер вдруг протянул Джейми руку ладонью кверху.

— Вряд ли тебя это обрадует, — хрипло сказал он, — но ты мой ближайший родственник. Режь. Я дам клятву на нашей общей крови.

Не знаю, замешкался ли Джейми, или мне показалось: время словно замедлило ход и воздух в комнате сгустился. Кинжал прочертил линию на исхудалом загорелом запястье, и из раны потекла густая алая кровь.

Как ни странно, на Брианну Роджер не смотрел — только на ребенка. Он смочил в крови большой палец и шагнул вперед. Брианна отшатнулась, но Джейми положил руку ей на плечо, одновременно и суля защиту, и удерживая на месте.

Роджер опустился перед ней на колени, откинул шаль и двумя размашистыми мазками начертил на лбу ребенка алый крест.

— Ты кровь от моей крови. Плоть от моей плоти. Перед свидетелями нарекаю тебя своим сыном, с этого дня и во веки веков.

Он уставился в глаза Джейми, словно бросая вызов. Тот после некоторой паузы чуть заметно кивнул и отпустил Брианну.

— Как ты его назвала? — спросил Роджер.

— П-пока еще никак.

Брианна удивленно рассматривала его, словно незнакомца.

Роджер изучал ее с неменьшим интересом, не замечая, что из пореза по-прежнему капает кровь. Я вдруг поняла, что Брианна изменилась в его глазах не меньше.

— Он мой сын, — кивнул Роджер на ребенка. — А ты — жена мне?

— Не знаю. — У нее побелели даже губы.

— Этот мужчина утверждает, что вы обручились, — вступил в дело Джейми. — Это правда?

— Д-да, правда.

Роджер выдохнул, и я поняла, что он вот-вот упадет: не то от истощения, не то от потери крови. Я силой усадила его на стул, велела Лиззи принести из кладовой молока и достала бинты, чтобы перевязать запястье.

Суета несколько ослабила напряжение, так что я откупорила бутылку бренди (очередной подарок из «Горной реки»), наполнила стакан для Джейми и от души плеснула в молоко Роджера.

— Что ж, хорошо. Брианна, раз вы обручились, значит, по закону вы женаты, и этот мужчина — твой муж.

Щеки у нее вспыхнули.

— Ты говорил, что обручение действительно только один год и день.

— А ты говорила, что не признаешь временных обязательств.

Она вздрогнула и поджала губы.

— Верно. Но я же не знала, как все обернется. — Она перевела взгляд на Роджера. — Они рассказали, что ребенок не твой?