Книга Барабаны осени, страница 549 – Диана Гэблдон

А здесь сплошь пестрели пледы, и завывали волынки, и горделивые шотландцы расхаживали по этим горам собственной персоной, как некогда у себя дома. Макнейлы и Кэмпбеллы, Бэкхены и Линдсеи, Маклауды и Макдональды вместе со своими семьями, рабами и слугами.

Я всматривалась в суматоху спешно разбиваемых лагерей, выглядывая Джейми, и вдруг заметила в толпе знакомый силуэт. Я встала на цыпочки и замахала рукой.

— Майерс! Мистер Майерс!

Джон Квинси Майерс заметил меня и, просияв, подошел к нашей палатке.

— Миссис Клэр! — Он сдернул с головы видавшую виды шляпу и с обычной учтивостью приложился к моей руке. — Как же приятно вас видеть!

— Взаимно, — улыбнулась я. — Не ожидала, что вы здесь будете.

— О, я всегда стараюсь прийти на Сбор, если, конечно, успеваю спуститься с гор. Уж очень хорошо здесь продаются шкуры. Кстати… — Он стал сосредоточенно рыться в огромной сумке из оленьей кожи.

— Мистер Майерс, а вы далеко забираетесь на север?

— Еще как, миссис Клэр, еще как. Аж в земли могавков.

— Могавков?

Сердце у меня забилось быстрее.

— Угу… — Он наконец вытащил что-то из сумки, но, рассмотрев поближе, бросил обратно. — Представьте, миссис Клэр, мое удивление, когда я заглянул в одну из деревень на юге и увидал знакомое лицо.

— Вы видели Иэна? Как он?! — Я взволнованно вцепилась ему в руки.

— А, да-да. Мальчик прекрасно выглядит, хоть я и изрядно поразился, увидав его во всех этих индейских тряпках. Да и загорел он так сильно, что я принял бы его за одного из них, если бы парень меня не окликнул.

Судя по всему, Майерс нашел что искал — он протянул мне небольшой пакет, завернутый в тонкую кожу и обвязанный ремешком, из-под которого торчало перо дятла.

— Иэн просил передать вам это. Вам и вашему супругу. — Майерс любезно улыбнулся. — Вы, наверное, захотите сразу прочитать… Так что до встречи, миссис Клэр.

Поклонившись, он ушел, то и дело кивая по пути знакомым.

Мне не хотелось читать письмо без Джейми. К счастью, тот вскоре объявился. Письмо было написано на вырванной из какой-то книги странице, а чернила наспех сделали из дубовых орешков: буквы были очень бледными, но вполне разборчивыми.

— «Ian salutat avunculus Jacobus», — прочитал вслух Джейми, расплываясь в широкой улыбке.

«Ave! Этим мое знание латыни исчерпывается, и потому далее я продолжу на старом добром английском. Со мной все хорошо, дядюшка. Более того, я счастлив — и молю тебя мне поверить! Я женился по обычаю могавков и живу теперь в доме своей супруги. Ты, наверное, помнишь Эмили. Ролло наплодил щенят, так что по деревне теперь бегают десятки маленьких волков. Я на столь многочисленное потомство не рассчитываю, однако прошу тебя передать матушке добрую весть: скоро у нее появится еще один внук. Он должен родиться весной; если получится, я вам напишу. Смею надеяться, ты передашь от меня привет всему Лаллиброху, и «Горной реке», и Фрейзер-Риджу. Я всех вас помню — и буду помнить до конца дней. Поцелуй за меня тетушку Клэр и кузину Брианну. Твой любящий племянник, Иэн Мюррей. Vale, avunculus».

Джейми моргнул раз, другой, бережно сложил рваный лист и спрятал его в спорране.

— Правильно «avuncule», неуч, — тихо сказал он. — Это же звательный падеж.

Судя по россыпи костров, здесь собрались все шотландцы от Филадельфии до Чарльстона, однако утром прибыла новая вереница фургонов.