Книга Чужестранка, страница 147 – Диана Гэблдон

— Расскажи мне о твоем муже, – попросил Джейми, словно прочтя мои мысли.

Пораженная, я чуть не вырвала у него руки.

— Что?

— Послушай, Клэр. Мы здесь проведем еще несколько дней. Не стану утверждать, будто все знаю, но большую часть своей жизни я провел на ферме, и если только люди не отличаются от животных радикально, нам вряд ли понадобится на все это так уж много времени. Нам можно не спешить, а вместо этого поговорить и перестать друг друга бояться.

Его прямота в оценке ситуации принесла мне некоторое облегчение.

— А ты разве боишься меня?

По его виду этого было не сказать. Вероятно, он нервничал. Хоть он и не был робким шестнадцатилетним юнцом, это все-таки был его первый раз. Он посмотрел мне в глаза и улыбнулся.

— Да, боюсь. Думаю, куда больше, чем ты. Вот почему я держу тебя за руки – чтобы мои не дрожали.

Я не поверила, но крепче сжала его ладони, ощущая благодарность.

— Это хорошая мысль. Разговаривать гораздо легче, когда мы вот так касаемся друг друга. Но все-таки, почему ты спросил о моем муже?

Может, он хочет узнать что-то о нашей с Фрэнком сексуальной жизни и таким образом понять, чего я жду от него?

— Я понял, что ты думаешь о нем. Ведь нельзя не думать при таких обстоятельствах. И не хочу, чтобы ты думала, что не следует упоминать его при мне. Хотя теперь я твой муж – как странно произносить это вслух – было бы неправильно, если бы ты забыла его или хотела это сделать. Раз ты его любила, значит, он был хороший человек.

— Да, он… был.

Голос мой дрогнул, и Джейми провел большими пальцами по тыльной стороне моих кистей. Потом поднял их и бережно поцеловал каждую руку. Я откашлялась.

— Это прекрасная речь, Джейми.

— Ай. – Он внезапно улыбнулся. – Я придумал ее, пока Дугал произносил тосты.

Я глубоко вздохнула.

— У меня есть к тебе вопросы.

Он опустил глаза и погасил улыбку.

— Надо полагать, – сказал он. – В нынешних обстоятельствах любопытство вполне понятно. Что же ты хочешь узнать?

Он поднял взгляд, и при свете лампы в голубых глазах сверкнуло озорство.

— Почему я до сих пор девственник?

— Э-э, я бы сказала, что это более или менее твое личное дело, – пробормотала я.

Мне вдруг стало жарко, и, высвободив одну руку, я потянулась за платком в карман платья и нащупала там что-то твердое.

— Совсем забыла! У меня до сих пор твое кольцо.

Вынув кольцо из кармана, я отдала его Джейми – тяжелый золотой обруч, увенчанный рубином-кабошоном. Он не стал надевать его на палец, а положил в спорран.

— Это обручальное кольцо моего отца, – объяснил он. – Обычно я его не ношу, но сегодня мне хотелось появиться перед тобой во всем блеске.

При этих словах он покраснел и принялся возиться с застежкой споррана.

— Я очень польщена, – сказала я, не удержавшись от улыбки.

Добавлять кольцо с рубином к сверкающему великолепию его костюма было все равно что завозить уголь в Ньюкасл, но я была тронута его вниманием к деталям.

— Я куплю тебе подходящее кольцо, как только смогу, – пообещал Джейми.

— Это не важно, – сказала я, испытывая некоторую неловкость, ведь я собиралась отсюда сбежать. – У меня есть главный вопрос, – продолжала я, возвращая разговор в прежнее русло. – Если можешь, ответь, почему ты согласился на мне жениться?

Джейми, отпустив мои руки, слегка откинулся назад. Он помолчал, разглаживая шерстяную ткань пледа на коленях. Я хорошо видела длинную линию напряженной мышцы под тяжелой тканью.